Ст 1406 гк рф

Энциклопедия судебной практики. Споры, связанные с защитой патентных прав (Ст. 1406 ГК)

Энциклопедия судебной практики
Споры, связанные с защитой патентных прав
(Ст. 1406 ГК)

1. Споры об установлении патентообладателя рассматриваются судами только в отношении зарегистрированных изобретений, полезных моделей или промышленных образцов

Как предусмотрено подпунктом 2 пункта 1 статьи 1406 ГК РФ, споры об установлении патентообладателя (о признании права патентообладателя), то есть споры о том, кому принадлежит исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец, рассматриваются судом.

При рассмотрении таких споров необходимо принимать во внимание, что согласно статье 1353 ГК РФ исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец признается и охраняется при условии государственной регистрации соответствующего изобретения, полезной модели или промышленного образца, на основании которой Роспатент выдает патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец. При этом исходя из пункта 1 статьи 1354 Кодекса именно патент удостоверяет исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

С учетом этого судами рассматриваются споры об установлении патентообладателя только в отношении зарегистрированного изобретения, полезной модели или промышленного образца (только после выдачи патента). Решение суда по такому спору является основанием для внесения Роспатентом соответствующих изменений в Государственный реестр изобретений Российской Федерации, Государственный реестр полезных моделей Российской Федерации или Государственный реестр промышленных образцов Российской Федерации и выдачи нового патента.

2. Оспаривание решений Роспатента по результатам рассмотрения возражений на выдачу патента осуществляется в административном порядке

Другие доводы заявителя свидетельствуют о неправильной, по его мнению, правоприменительной практике Роспатента, сложившейся при рассмотрении возражений на выдачу патента на полезную модель в отношении отнесения тех или иных признаков к несущественным, что приводит к признанию патента недействительным, и не могут быть предметом рассмотрения по данному делу.

Оспаривание таких решений Роспатента осуществляется в самостоятельном порядке, установленном статьей 1406 ГК РФ.

В «Энциклопедии судебной практики. Гражданский кодекс РФ» собраны и систематизированы правовые позиции судов по вопросам применения статей Гражданского кодекса Российской Федерации.

Каждый материал содержит краткую характеристику позиции суда, наиболее значимые фрагменты судебных актов, а также гиперссылки для перехода к полным текстам.

Материал приводится по состоянию на 1 июля 2017 г.

См. информацию об обновлениях Энциклопедии судебной практики

При подготовке «Энциклопедии судебной практики. Гражданский кодекс РФ» использованы авторские материалы, предоставленные творческим коллективом под руководством доктора юридических наук, профессора Ю. В. Романца, а также М. Крымкиной, О. Являнской (Части первая и вторая ГК РФ), Ю. Безверховой, А. Вавиловым, А. Горбуновым, А. Грешновым, Р. Давлетовым, Е. Ефимовой, М. Зацепиной, Н. Иночкиной, А. Исаковой, Н. Королевой, Е. Костиковой, Ю. Красновой, Д. Крымкиным, А. Куликовой, А. Кусмарцевой, А. Кустовой, О. Лаушкиной, И. Лопуховой, А. Мигелем, А. Назаровой, Т. Самсоновой, О. Слюсаревой, Я. Солостовской, Е. Псаревой, Е. Филипповой, Т. Эльгиной (Часть первая ГК РФ), Н. Даниловой, О. Коротиной, В. Куличенко, Е. Хохловой, А.Чернышевой (Часть вторая ГК РФ), Ю. Раченковой (Часть третья ГК РФ), Д. Доротенко (Часть четвертая ГК РФ), а также кандидатом юридических наук С. Хаванским, А. Ефременковым, С. Кошелевым, М. Михайлевской.

Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получить полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня.

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

Ст 1406 гк рф

«Журнал Суда по интеллектуальным правам», № 14, декабрь 2016 г., с. 47-53

В соответствии с подп. 1 и 2 п. 1 ст. 1406 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) споры об авторстве изобретения и об установлении патентообладателя рассматриваются судом.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 марта 2009 г. № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 5/29) даны разъяснения в отношении определения судами подведомственности дел, связанных с применением положений части четвертой ГК РФ.

Согласно данным разъяснениям, споры о том, кто является автором результата интеллектуальной деятельности, разрешаются судами общей юрисдикции как не связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

В отношении подведомственности споров об установлении патентообладателя указано, что она определяется исходя из субъектного состава участников спора, если такой спор связан с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Пунктом 4.2 ч. 1 и ч. 2 ст. 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) подведомственность отдельных категорий споров арбитражным судам определена независимо от субъектного состава участников спорных правоотношений, в том числе по спорам, отнесенным к подсудности Суда по интеллектуальным правам в соответствии с ч. 4 ст. 34 АПК РФ.

Согласно абзацам 4 и 5 п. 2 ч. 4 ст. 34 АПК РФ и п. 1 и 2 ст. 43.4 Федерального конституционного закона от 28 апреля 1995 г. № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах» (далее – Закон об арбитражных судах) дела об установлении патентообладателя и признании недействительным патента на изобретение, если федеральным законом не предусмотрен иной порядок оспаривания, подсудны Суду по интеллектуальным правам в качестве суда первой инстанции независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возник спор, организации, индивидуальные предприниматели или граждане.

Иной порядок признания недействительным патента на изобретение – административный (путем подачи возражения в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности) предусмотрен в случаях, указанных в подп.1-4 п. 1 ст. 1398 ГК РФ (абз. 1 п. 2 ст. 1398 ГК РФ).

В то же время в соответствии с абз.2 п. 2 ст. 1398 ГК РФ патент на изобретение может быть оспорен в судебном порядке любым лицом, которому стало известно о нарушениях, предусмотренных подп. 5 п. 1 названной статьи.

Судебным органом в этом случае является Суд по интеллектуальным правам, а не иной арбитражный суд или суд общей юрисдикции, поскольку разграничение компетенции на основании абз. 5 п. 2 ч. 4 ст. 34 АПК РФ происходит по другой линии – между Судом по интеллектуальным правам и административным органом.

Между тем в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08 октября 2012 г. № 60 «О некоторых вопросах, возникших в связи с созданием в системе арбитражных судов Суда по интеллектуальным правам» (далее – Постановление № 60) в числе дел, которые подлежат рассмотрению Судом по интеллектуальным правам (в качестве суда первой инстанции) по правилам искового производства, указаны лишь дела по спорам об установлении патентообладателя и о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования. В то же время спор о признании автора изобретения рассматривается по тем же правилам.

Таким образом, в основополагающих актах судебного толкования нет прямого упоминания о том, к чьей компетенции относятся споры об авторстве изобретения. Причем если разъяснения, содержащиеся в Постановлении № 5/29, были даны до создания в системе арбитражных судов Суда по интеллектуальным правам, и соответственно не могли касаться вопросов компетенции этого суда, то Постановление № 60 посвящено именно этим вопросам.

Поэтому можно было бы усомниться, что названные споры относятся к компетенции Суда по интеллектуальным правам. Однако в п. 1 Постановления № 60 содержится разъяснение общего порядка, согласно которому в силу п. 4.2 ч. 1 ст. 33 АПК РФ с учетом п. 2 ст. 43.4 Закона об арбитражных судах дела, указанные в п. 1 ст. 43.4 этого закона, подведомственны арбитражным судам (подсудны Суду по интеллектуальным правам в качестве суда первой инстанции) независимо от субъектного состава участников спорных правоотношений, а также от характера спора.

Следует учесть, что законодатель, определяя компетенцию Суда по интеллектуальным правам по рассмотрению споров о признании патента на изобретение недействительным, не сделал каких — либо исключений из этого правила кроме касающихся только иного порядка оспаривания (административного).

Помимо этого, споры об авторстве изобретения, так же как и об установлении патентообладателя изобретения — споры о признании патента на изобретение недействительным в случае выдачи патента с указанием в нем в качестве автора или патентообладателя лица, не являющегося таковым; либо без указания в патенте в качестве автора или патентообладателя лица, являющегося таковым (подп.5 п. 1 ст. 1398 ГК РФ).

Именно в делах об оспаривании патента на основании подп. 5 п. 1 ст. 1398 ГК РФ разрешаются вопросы об установлении автора или патентообладателя изобретения.

Это значит, что споры об авторстве изобретения рассматриваются Судом по интеллектуальным правам в качестве суда первой инстанции независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возникли спор или требование, юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане.

В пункте 48 Постановления № 5/29 разъяснено, что при рассмотрении споров об установлении патентообладателя (о признании права патентообладателя) необходимо принимать во внимание, что согласно ст. 1353 ГК РФ исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец признается и охраняется при условии государственной регистрации соответствующего изобретения, полезной модели или промышленного образца, на основании которой Роспатент выдает патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец. При этом в соответствии с п. 1 ст. 1354 ГК РФ именно патент удостоверяет исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

С учетом этого судами рассматриваются споры об установлении патентообладателя только в отношении зарегистрированного изобретения, полезной модели или промышленного образца (только после выдачи патента).

Заметим, если предметом иска является требование о признании права авторства или патентообладателя, а не требование, соответствующее формулировкам нормы подп. 5 п. 1 ст. 1398 ГК РФ (о признании патента на изобретение недействительным), то это не является неправильным выбором способа защиты исключительного права. В силу обязанности суда по определению характера спорного правоотношения и подлежащего применению законодательства (ч. 1 ст. 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд, несмотря на некорректность такого требования, должен рассмотреть его по существу, поскольку определяющее значение имеет правовая природа требования, а не форма его выражения.

Переходя непосредственно к вопросу о доказательствах и доказывании в делах о праве авторства и принадлежности исключительного права на служебное изобретение, следует охарактеризовать иск работодателя о признании за ним права на созданное работником техническое решение, что необходимо учитывать для правильного рассмотрения споров данной категории.

Прежде всего, обратим внимание на правовую природу такого иска. Она определяется положениями п. 2 и 3 ст. 1370 ГК РФ, предусматривающими, что право авторства на служебное изобретение принадлежит работнику (автору), а исключительное право и право на получение патента на изобретение принадлежат работодателю. Из смысла приведенной нормы права следует, что исключительное право работодателя на служебное изобретение презюмируется 2 .

Характерной чертой указанного иска является то, что работодатель посредством установления права авторства работника утверждает свое исключительное право на служебное изобретение. В этом и состоит механизм действия иска. Иск характеризует и его направленность – поражение в правах всех лиц, указанных в патенте в качестве авторов (за исключением права авторства работника) и патентообладателей. Он также направлен и на единоличное обладание правом на созданное работником техническое решение, исключая совместное обладание им 3 .

Отмеченные особенности иска, как полагает автор, необходимо учитывать в процессе доказывания обстоятельств авторства изобретения и принадлежности исключительного права на него.

Поводом для возникновения спора является усматриваемое работодателем нарушение его права в виде незаконного присвоения третьим лицом авторства изобретения, созданного работником, или неправомерных действий самого работника, выразившихся в сокрытии от работодателя созданного технического решения и подачи заявки на выдачу патента на изобретение (суть присвоение права).

Иски о признании права работодателя через установление авторства работника являются типичными для судебно-арбитражной практики по рассмотрению дел о принадлежности исключительного права на служебное изобретение. Это характерно как для исков, по которым ответчиком выступает бывший работник, так и для исков, предъявленных к третьим лицам, не состоявшим с работодателем в трудовых или гражданско-правовых отношениях. Как в первом, так и во втором случаях в основании иска указываются обстоятельства создания спорного технического решения работником в связи с выполнением своих трудовых обязанностей. Отличие состоит в том, что в первом случае в задачи истца (работодателя) не входит опровержение авторства, если в качестве автора изобретения в патенте указан бывший работник 4 , во втором – истец (работодатель) доказывает, что автором изобретения является его работник, а не лицо, указанное в качестве такового в патенте.

Отдельные факты, входящие в предмет доказывания по данной категории дел, прямо вытекают из ст. 1370 ГК РФ. По смыслу этой статьи работодатель и работник на момент создания служебного изобретения должны состоять в трудовых отношениях, а служебное изобретение должно являться следствием выполнения работником своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя. Только совокупность указанных обстоятельств является основанием для возникновения правового режима служебного изобретения.

Очевидно, если изобретение создано работником с использованием денежных, технических или иных материальных средств работодателя, но не в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя (п. 5 ст. 1370 ГК РФ), иск о принадлежности работодателю исключительного права на такое изобретение не имеет под собой оснований. Их также нет и в том случае, если бывший работник для создания изобретения, которое по своему содержанию соответствует сфере деятельности предприятия, где он работал, использовал опыт, приобретенный на предприятии. При этом, как представляется, не имеет правового значения, что этот опыт в силу трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя был связан с работой над техническим решением, которое к моменту увольнения работника не было создано.

О создании работником технического решения следует говорить в двух аспектах – это сам процесс и его конечный результат. Завершение процесса создания служебного изобретения законодатель связывает с уведомлением работника о создании им технического решения. Следует заметить, что доказательственное значение такого уведомления меняется в зависимости от основания иска. В отдельных случаях обстоятельства, связанные с уведомлением работником работодателя о создании результата, в отношении которого возможна правовая охрана, могут иметь определяющее значение при установлении принадлежности исключительного права на изобретение. Так, если спор о патентообладателе связан с разрешением вопроса о праве на получение патента на изобретение, то в зависимости от поведения работодателя в связи с уведомлением его о создании технического решения право на получение патента на служебное изобретение может принадлежать работодателю, его работнику или третьему лицу (абз. 2 п. 4 ст. 1370 ГК РФ).

Для споров, основанных на незаконном присвоении 5 технических решений, установление момента (даты) их создания желаемо, но не во всех случаях необходимо, главное доказать сам факт создания изобретения работником вследствие выполнения своих трудовых обязанностей или конкретного задания нанимателя. Уведомление работника само по себе факт создания изобретения не подтверждает, оно может лишь косвенно свидетельствовать об этом, необходимо, чтобы техническое решение существовало в действительности, причем в форме, доступной для восприятия человека.

Наличие уведомления работника о создании технического решения является необходимым при обычном развитии правоотношений работодателя и работника в связи с созданием изобретения (в соответствии с абзацем вторым п. 4 ст. 1370 ГК РФ), когда такое уведомление служит одним из элементов юридического состава для возникновения у работодателя исключительного права на изобретение.

В случае же создания работником технического решения и не уведомлении об этом работодателя в нарушение указанной нормы права, при разрешении спора о патентообладателе, ответчиком по которому является работник, отсутствие уведомления не имеет определяющего значения для признания за работодателем исключительного права на изобретение. При этом следует исходить из презумпции принадлежности исключительного права работодателю.

Итак, установление факта создания изобретения работником вследствие выполнения своих трудовых обязанностей или конкретного задания, является основанием для признания за работодателем исключительного права на изобретение. В то же время установление судом этого факта является и подтверждением факта присвоения работником этого изобретения.

Применим ли такой алгоритм доказывания только при совпадении состава участников материального и процессуального правоотношений, или же его можно использовать и для случаев, когда в патенте наряду с работником (или без него) в качестве автора или патентообладателя изобретения указаны третьи лица, не состоящие с работодателем в материальном правоотношении? Изменяет ли это кардинально процесс доказывания? Ведь, пока не доказано иное, подразумевается, что эти лица параллельно создали техническое решение, «тождественное» тому, что было создано работником вследствие выполнения своих трудовых обязанностей. То есть, рассматривая дела данной категории, при несовпадении состава участников материального и процессуального правоотношений необходимо учитывать, что одно и то же изобретение может быть создано одновременно независимыми изобретателями на основе параллельного технического творчества. В связи с этим факт присвоения третьими лицами служебного изобретения должен быть доказан, причем бремя доказывания возлагается на истца в силу общих правил о доказывании (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Если же истец не докажет факт присвоения изобретения третьими лицами, иск о принадлежности исключительного права работодателю не может быть удовлетворен. При этом следует исходить из того, что приоритет в отношении параллельно созданного технического решения принадлежит лицу, первому подавшему заявку на выдачу патента на изобретение.

Таким образом, одним фактом создания изобретения работником вследствие выполнения своих трудовых обязанностей нельзя подтвердить обоснованность притязаний на патент. Истцу нужно опровергнуть презумпцию авторства изобретения, предусмотренную в ст. 1347 ГК РФ: лицо, указанное в качестве автора в заявке на выдачу патента на изобретение, считается автором изобретения, если не доказано иное. При неопровержении этой презумпции запатентованное изобретение нельзя признать служебным. В то же время опровержение презумпции авторства не должно зависеть от процессуального положения лица в арбитражном процессе (ответчик или третье лицо), в любом случае в решении суда должно содержать суждение о правах этих лиц. Причем презумпцию авторства необходимо опровергнуть в отношении каждого лица, указанного в патенте в качестве такового. При этом решение суда должно содержать выводы об авторских правах каждого соавтора.

В связи с этим возникает вопрос: можно ли выводы, сделанные судом в отношении авторства одного лица, применить к другим соавторам?

Вероятно, при определенных обстоятельствах это допустимо. Факт присвоения изобретения работником, его единственным автором, опровергает и соавторство всех иных лиц, указанных в патенте, поскольку этим фактом априори доказывается раскрытие сущности технического решения «псевдо-соавторам» и опровергается презумпция совместного творчества, а соответственно, соавторства 6 .

Значительно сложнее доказать присвоение авторства служебного изобретения, когда работник не указан в числе его соавторов. В этом случае, как было отмечено выше, одним фактом создания изобретения работником, нельзя подтвердить обоснованность притязаний на патент. Однако доказыванием присвоения авторства одним из его соавторов, если придерживаться отмеченного выше подхода в доказывании обстоятельств, опровергается и презумпция соавторства всех иных лиц указанных в патенте.

Также следует отметить, что вопрос об авторстве служебного изобретения должен обязательно обсуждаться в процессе доказывания, несмотря на отсутствие доводов, направленных на опровержение авторства какого-либо лица, или самостоятельного требования. Установленные судом обстоятельства относительно авторства изобретения должны иметь преюдициальное значение для другого дела, в котором будет рассматриваться требование о недействительности патента на изобретение в случае выдачи патента с указанием в нем в качестве автора лица, не являющегося таковым.

Данные подходы в доказывании основаны на неразрывной первоначальной связи авторства изобретения и исключительного права на него, учет которой позволяет правильно расставить акценты в доказывании обстоятельств.

В отношении установления факта создания технического решения прежде всего нужно определиться – что подразумевает закон под таким решением? Как указано в абзаце первом п. 4 ст. 1370 ГК РФ, это результат, в отношении которого возможна правовая охрана. То есть, это потенциально охраноспособное техническое решение, патентоспособность которого может быть проверена в процессе проведения экспертизы заявки на изобретение по существу (ст. 1386 ГК РФ) или же при рассмотрении возражений заинтересованных лиц по процедуре, предусмотренной Правилами подачи возражений и заявлений и их рассмотрения в Палате по патентным спорам, утвержденных приказом Российского агентства по патентам и товарным знакам от 22 апреля 2003 г. № 56.

В делах о признании исключительного права на изобретение мы уже имеем техническое решение, защищаемое патентом на изобретение. Это решение и является объектом притязания в делах о принадлежности исключительного права на изобретение. В связи с этим вопрос установления патентоспособности созданного работником технического решения выходит за рамки предмета доказывания.

Как было отмечено выше, техническое решение следует рассматривать созданным, если оно существует в действительности, в форме, доступной для восприятия человека, например — в виде проектов и пояснительных записок к ним, чертежей, расчетов и т.п.; на бумаге или в электронном виде. Нельзя исключать и того, что доказательством создания изобретения может быть продукт, содержащий существенные признаки изобретения. В таком случае, допустимыми для указанных целей могут являться не только письменные, но и вещественные доказательства.

Для доказывания незаконного присвоения чужого технического решения недостаточно установить факт его создания работником в связи с выполнением им своей трудовой функции. Необходим сравнительный анализ технических решений, содержащихся в оспариваемом патенте (формуле, описании, чертежах) и документации (обобщенное понятие доказательств) работодателя, цель которого состоит в выявлении совпадающей совокупности существенных признаков.

Наиболее спорным здесь является вопрос об эквивалентных признаках 7 . Об этом нам известно из п. 3 и 4 ст. 1358, ст. 1361 и п. 4 ст. 1400 ГК РФ, где регулируются вопросы защиты исключительного права, а также прав прежде- и послепользования на изобретение.

По мнению автора, для установления факта незаконного присвоения технического решения вполне возможно использовать подходы, применяемые в делах о защите исключительного права на изобретение. Использование изобретения в продукте или способе (заимствование изобретения) и присвоение изобретения – это две стороны одной медали. Поэтому принципиальной невозможности использования эквивалентных признаков в делах о принадлежности исключительного права на изобретение существует.

Следующий вопрос: на какую дату устанавливать известность эквивалентных признаков?

В качестве таких дат можно рассматривать дату создания технического решения и дату приоритета изобретения, определяемого по правилам ст. 1381 и 1382 ГК РФ. Различие в датах определяет и различие в объеме правовой охраны изобретения: расширение объема правовой охраны изобретения происходит за счет эквивалентных признаков, которые могут стать известными в качестве таковых в будущем, а не в момент создания технического решения.

Заметим, пункт 3 ст. 1358 ГК РФ претерпел изменения в части определения даты известности эквивалентных признаков. В действующей редакции – это дата приоритета изобретения, ранее – период до совершения в отношении соответствующего продукта или способа действий, предусмотренных п. 2 ст. 1358 ГК РФ (иными словами, дата правонарушения). Такой подход к выявлению эквивалентных признаков является наиболее сбалансированным, он обеспечивает определенность в объеме исключительного права на изобретение для третьих лиц.

Применяя по аналогии закона п. 3 ст. 1358 ГК РФ в действующей редакции с учетом содержащегося в нем подхода по выявлению эквивалентных признаков, датой, на которую должна определяться известность таких признаков, будет не дата приоритета изобретения, а дата его создания. Иной подход к определению известности эквивалентных признаков применим к правоотношениям по созданию служебного изобретения, возникшим до внесения изменений в п. 3 ст. 1358 ГК РФ. В этом случае искомой датой как раз будет являться дата незаконного присвоенного изобретения, которую условно можно считать моментом совершения правонарушения. Подача заявки на выдачу патента на изобретение объективно свидетельствует о реализации умысла о присвоении чужого изобретения.

Именно так с точки зрения автора, выглядит процесс установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания авторства и принадлежности исключительного права на служебное изобретение.

1 Для удобства изложения материала и его упрощения далее не упоминается о полезных моделях и промышленных образцах, к которым в известной мере относится все изложенное в отношении изобретения.

2 Наличие в трудовом или гражданско-правовом договоре между работником и работодателем иного условия относительно принадлежности исключительного права и права на получение патента (за работником) изначально делало бы иск о признании за работодателем исключительного права несостоятельным.

3 Не рассматривается тот случай, когда в силу соглашения работодателя и работника исключительное право на служебное изобретение может принадлежать совместно работнику и работодателю. Такой иск не вытекает из презумпции принадлежности исключительного права работодателю, он основан на договоре.

4 В том случае, если техническое решение создано совместным трудом нескольких работников, в задачи работодателя входит опровержение презумпции единоличного авторства одного из работников (нарушителя права).

5 К вопросу о терминах. Термин присвоение характерен для уголовного права (ст. 147 УК РФ), он упоминается и в патентном праве Германии. Патентным законом ФРГ (Patentgesetz — PatG) от 16 декабря 1980 г. наряду с правом потерпевшего инициировать производство в Патентном суде в связи с признанием недействительным патента в случае его незаконного присвоения (пункт 3 параграфа 81) предусмотрено внесение возражений в Патентное ведомство против патента (п. 1 § 59).Механизм реализации прав потерпевшего от незаконного присвоения патента (в зависимости от прохождения заявки на выдачу патента) раскрыт в § 8 Патентного закона ФРГ. Так, правомочное лицо, изобретение которого зарегистрировано неправомочным лицом, или потерпевший пострадавший от незаконного присвоения изобретения, вправе потребовать от заявителя, испрашивающего патент, чтобы он отказался от притязаний на патент. Если заявка уже привела к выдаче патента, это лицо вправе потребовать от патентообладателя передачи патента. Представляется, что термин «присвоение» в отличие, например, от термина «заимствование», является наиболее точным, он выражает суть нарушения субъективного права работодателя на техническое решение. В то же время термин заимствования будет наиболее удачным для характеристики действий по незаконному использованию изобретения (п. 3 ст. 1358 ГК РФ).

6 Здесь следует отметить: применение предлагаемого подхода вполне логично, когда лица, указанные в патенте наряду с работником, позиционируют себя в арбитражном процессе как соавторы изобретения.

7 Вопрос об «эквивалентах» являлся предметом дискуссии еще в ХХ веке (См.: Пиленко А.А. Право изобретателя. М.: Статут, 2013. С. 590-595).

10.02.2017 г. Об установлении патентообладателя

Споры, связанные с защитой патентных прав, на основании п. 1 ст. 1406 ГК РФ рассматриваются судом. К таким спорам относятся, в частности, споры об установлении патентообладателя.

В соответствии со статьей 1347 ГК РФ автором изобретения, полезной модели или промышленного образца признается гражданин, творческим трудом которого создан соответствующий результат интеллектуальной деятельности. Лицо, указанное в качестве автора в заявке на выдачу патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец, считается автором изобретения, полезной модели или промышленного образца, если не доказано иное.

Согласно статье 1353 ГК РФ исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец признается и охраняется при условии государственной регистрации соответствующих изобретения, полезной модели или промышленного образца, на основании которой федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности выдает патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

Как следует из пункта 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 5, Пленума ВАС РФ N 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» именно патент удостоверяет исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

С учетом этого судами рассматриваются споры об установлении патентообладателя только в отношении зарегистрированного изобретения, полезной модели или промышленного образца (только после выдачи патента). Решение суда по такому спору является основанием для внесения Роспатентом соответствующих изменений в Государственный реестр изобретений Российской Федерации, Государственный реестр полезных моделей Российской Федерации или Государственный реестр промышленных образцов Российской Федерации и выдачи нового патента.

При этом исходя из п. 1 ст. 1354 Гражданского кодекса Российской Федерации именно патент удостоверяет исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

Исходя из статьи 1356 ГК РФ право авторства, то есть право признаваться автором изобретения, полезной модели или промышленного образца, неотчуждаемо и непередаваемо, в том числе при передаче другому лицу или переходе к нему исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец и при предоставлении другому лицу права его использования. Отказ от этого права ничтожен.

Таким образом, право на получение патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец первоначально принадлежит автору изобретения, полезной модели или промышленного образца (статья 1357 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными п. 2 ст. 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

Однако интеллектуальные права являются абсолютными правами, не исключается возможность их нарушения со стороны любого лица.

Так вот, другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации (п. 1 ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из пункта 1 статьи 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными настоящим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. При нарушении исключительного права и права авторства на изобретение, полезную модель или промышленный образец могут быть причинены убытки.

Согласно п. 2 ст. 1250, пп. 3 п. 1 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию правообладателя лицо, неправомерно использовавшее результат интеллектуальной деятельности, возмещает правообладателю причиненные убытки.

В соответствии с п. 1 ст. 1251 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае нарушения личных неимущественных прав автора их защита осуществляется, в частности, путем признания права, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, компенсации морального вреда, публикации решения суда о допущенном нарушении.

Как следует из пункта 3 статьи 1250 ГК РФ предусмотренные настоящим Кодексом меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Внимание! Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Тем не менее, в законодательстве относительно ответственности за нарушение интеллектуальных прав закреплен иной принцип, согласно которому отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение, а также предусматривает применение к нарушителю таких специфических мер, как публикация решения суда о допущенном нарушении, пресечение действий, нарушающих исключительное право либо создающих угрозу его нарушения, изъятие и уничтожение контрафактных материальных носителей. Перечисленные действия осуществляются за счет нарушителя.

В случае нарушения личных неимущественных прав автора их защита осуществляется, в частности, путем признания права, восстановления положения, существовавшего до нарушения, пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, компенсации морального вреда, публикации решения суда о допущенном нарушении (ст. 1251 ГК РФ).

Названные способы защиты применяются также в отношении отдельных авторских и смежных с ними прав (при нарушении прав издателя периодических изданий, изготовителя аудиовизуального произведения, изготовителя фонограммы или базы данных и др.).

Признание субъективных гражданских прав представлено в ст. 12 ГК РФ в качестве важнейшего гражданско-правового способа защиты в системе универсальных (основных) способов защиты. Необходимость в данном способе защиты возникает тогда, когда существующее у субъекта право подвергается сомнению со стороны других лиц, оспаривается или имеет место реальная угроза таких действий. Названный способ устраняет неопределенность во взаимоотношениях субъектов, создает необходимые условия для реализации права и предотвращения действий третьих лиц, препятствующих его нормальному осуществлению

Как предусмотрено подп. 2 п. 1 ст. 1406 ГК РФ, споры об установлении патентообладателя (о признании права патентообладателя), т.е. споры о том, кому принадлежит исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец, рассматриваются судом.

Следует заметить, что к спорам об установлении патентообладателя (о признании права патентообладателя) относятся и споры о правах на служебные изобретения, а также споры об установлении патентообладателя в связи с возможным присвоением авторства на изобретение. В последнем случае истец — действительный автор изобретения имеет право требовать не только признания своего авторства, но и установления его в качестве патентообладателя на основании указанной статьи (подп. 2 п. 1 ст. 1406 ГК РФ).

Защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется и путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним (подп. 2 п. 1 ст. 1252 ГК РФ).

Назначение пресекательного (предупредительного) способа защиты состоит в пресечении (предупреждении) незаконных и неблагоприятных действий, возвращении к беспрепятственному осуществлению своих прав. Цель применения указанных способов защиты заключается в том, чтобы заставить или побудить нарушителя прекратить действия, нарушающие субъективное гражданское право, либо предупредить такие действия. Нередко назначение исследуемого способа защиты состоит в устранении препятствий для осуществления права, создаваемых нарушителем. Обычно это имеет место при длящемся правонарушении, которое само по себе не лишает лицо субъективного права, но мешает ему нормально им пользоваться.

Возмещение убытков является международно признанным способом защиты исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации.

Так, согласно Соглашению ТРИПС 1994 г. судебные органы имеют право издать судебный приказ, предписывающий нарушителю оплатить владельцу прав убытки, сумма которых достаточна для того, чтобы компенсировать ущерб, понесенный правообладателем в связи с нарушением его права интеллектуальной собственности нарушителем, который знал или имел достаточные основания знать о том, что он осуществляет правонарушающие действия. Судебные органы также имеют право издать судебный приказ, предписывающий нарушителю возместить правообладателю расходы, которые могут включать гонорар адвоката. В соответствующих случаях страны — участницы Соглашения могут уполномочить судебные органы потребовать взыскания прибыли и (или) выплаты предварительно установленных убытков даже в случаях, если нарушитель не знал или не имел достаточных оснований знать о том, что он осуществляет правонарушающие действия (ст. 45).

Часть четвертая ГК РФ содержит относительно подробные сведения о применении такого способа защиты исключительных прав, как возмещение убытков. Согласно подп. 3 п. 1 ст. 1252 Кодекса требование о возмещении убытков при защите исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности на средства индивидуализации может быть предъявлено к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

Статья 1301 ГК РФ предоставляет автору произведения или иному законному правообладателю возможность требовать возмещения убытков и удовлетворять свои имущественные интересы посредством указанного способа защиты наряду с использованием других, предусмотренных законом, средств.

Аналогичная возможность предоставлена и обладателю исключительного права на объекты смежных прав (ст. 1311 ГК РФ).

Компенсация еще один способ защиты исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации является относительно новым понятием для российского гражданского права и российской правовой системы в целом.

Есть и иные способы защиты интеллектуальных прав, одним из которых является признание недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления (ст. ст. 12, 13 ГК РФ). Этот способ (как и все иные способы защиты) применяется в сфере интеллектуальной деятельности с учетом характера, содержания (существа) нарушенного (нарушаемого, оспоренного) права и наступивших правовых последствий совершенного (совершаемого) нарушения и имеет большое значение в судебной защите исключительных интеллектуальных прав.

Судебная практика: