Ст 123 ук рф объект субъект

Незаконное производство аборта

Незаконное производство аборта (ст. 123 УК). Каждая беременная женщина имеет право самостоятельно решать вопрос: иметь ребенка или нет. Операция по искусственному прерыванию беременности (аборт) может производиться лишь в соответствии со специальными правилами, допускающими производство данной операции только в медицинском учреждении, получившем лицензию на указанный вид деятельности врачами, имеющими специальную подготовку. В соответствии со ст. 36 Основ законодательства Российской Федерации «Об охране здоровья граждан» от 22 июля 1993 г. искусственное прерывание беременности может производиться при сроке беременности до 12 недель, по специальным показаниям (например, смерть мужа во время беременности, отсутствие жилья, проживание в общежитии, на частной квартире, беременность в результате изнасилования и др.) — до 22 недель, а при наличии медицинских показаний (например, заболевание ВИЧ-инфекцией, активные формы туберкулеза, хронический алкоголизм, наркомания и др.) и с согласия женщины — независимо от срока беременности.

Аборт принято подразделять на правомерный и неправомерный (криминальный). В ч. 1. ст. 123 УК криминальным признается «производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля», т. е. гинекологической специальности (гинеколог, хирург-гинеколог, акушер).

Объект преступления — общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни и здоровья беременной женщины. Всякая операция по искусственному прерыванию беременности, а тем более незаконная, ставит под угрозу не только здоровье, но нередко и жизнь беременной.

Объективная сторона рассматриваемого преступления состоит в противоправных действиях, направленных на прерывание беременности. Способы совершения незаконного аборта могут быть различными (оперативный, механический, токсический и др.), на квалификацию преступления они не влияют.

Состав преступления — формальный. Преступление считается оконченным с момента производства операции, завершившейся изгнанием плода независимо от того, причинен ли при этом какой-либо вред здоровью женщины * . Если же плодоизгнания не произошло, то содеянное следует квалифицировать как покушение на аборт ** .

* См.: Уголовное право. Особенная часть. Учебник для юридических вузов / Под ред. А. И. Рарога. М, 1996. С. 51.

** См.: Загородников Н. И. Преступления против здоровья. М., 1969. С. 129.

Незаконный аборт может быть произведен и в то время, когда плод уже способен к внеутробной жизни. Если действия по производству аборта вызовут преждевременные роды и приведут к появлению на свет живорожденного ребенка, которого затем лишают жизни, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений как незаконное производство аборта и убийство. Обязательным признаком незаконного производства аборта является согласие беременной женщины на его производство * . В противном случае виновные должны отвечать за причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК).

: * См.: Красиков А. Н. Указ. соч. С. 105-106.

Субъективная сторона преступления характеризуется виной в виде прямого умысла. Виновный сознает, что, не имея соответствующего образования и, следовательно, нарушая установленные законом правила производства аборта, он тем не менее по просьбе женщины его производит, и желает совершить указанные действия.

Субъектом преступления (в соответствии с ч. 1-3 ст. 123 УК) может быть только лицо, не имеющее высшего медицинского образования необходимого профиля. Об этом недвусмысленно говорится в диспозиции ч. 1 ст. 123 УК. Поэтому мнение о том, что субъектом данного преступления может быть и лицо, имеющее требуемое образование, но нарушающее закон, которым установлены сроки, обстоятельства и место производства аборта * , является неправильным.

* См.: Российское уголовное право. Особенная часть / Под ред. В. Н. Кудрявцева, А. В. Наумова. С. 77.

Однако вряд ли можно считать обоснованной декриминализацию законодателем незаконного производства аборта лицом, имеющим высшее медицинское образование соответствующего профиля, особенно при наступлении тяжких последствий для здоровья потерпевшей. Правда, это уже относится к проблеме совершенствования нового уголовного законодательства, а не к законодательным реалиям.

Квалифицированный вид рассматриваемого преступления (ч. 2 ст. 123 УК) образуют те же действия по производству аборта, совершенные лицом, ранее судимым за это преступление (специальный рецидив). Для вменения этого квалифицирующего признака необходимо установить, что прежняя судимость за незаконный аборт не погашена и не снята.

Особо квалифицированный вид данного преступления (ч. 3 ст. 123 УК) имеет место, если производство аборта повлекло по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью. Необходимым признаком объективной стороны этого преступления является наличие причинной связи между действиями, направленными на прерывание, беременности, и наступившими тяжкими последствиями. Состав преступления — материальный.

Смерть потерпевшей может наступить как во время производства аборта, так и после него. Тяжким вредом для здоровья потерпевшей являются, в частности, такие последствия незаконного аборта, как бесплодие, тяжелое хроническое заболевание, а также другие последствия, указанные в ст. 111 УК.

Рассматриваемое деяние является преступлением с двумя формами вины. Для квалификации содеянного по ч. 3 ст. 123 УК должны быть установлены прямой умысел виновного по отношению к производству аборта и неосторожность в виде преступного легкомыслия или преступной небрежности по отношению к наступлению смерти либо причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Статья 123 УК РФ. Незаконное проведение искусственного прерывания беременности

Новая редакция Ст. 123 УК РФ

1. Проведение искусственного прерывания беременности лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля, —

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет.

2. Утратила силу.

3. То же деяние, если оно повлекло по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью, —

наказывается принудительными работами на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового либо лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

Комментарий к Статье 123 УК РФ

1. Под абортом понимается искусственное прерывание беременности. По числу абортов Россия занимает одно из первых мест в мире (более 3,5 млн. в год). Внебольничные аборты составляют около 12%. За год в стране от абортов умирает 260 женщин, почти полмиллиона приобретают осложнения, в том числе бесплодие; 20% новорожденных у женщин, ранее искусственно прерывавших беременность, имеют серьезные физические или психические отклонения.

2. Потерпевшей от преступления является женщина, находившаяся в состоянии беременности. В соответствии со ст. 36 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, утв. Верховным Советом РФ 22.07.1993 N 5487-1 (в ред. от 22.08.2004) , каждая женщина имеет право самостоятельно решать вопрос о материнстве. Следовательно, она вправе и прервать беременность. По общему правилу аборт производится при сроке беременности до 12 недель, по социальным показаниям (смерть мужа, беременность в результате изнасилования и т.д.) — до 22 недель, а при наличии медицинских показаний (например, при заболевании ВИЧ-инфекцией, при активной форме туберкулеза) с согласия женщины — независимо от срока беременности.
———————————
Ведомости РФ. 1993. N 33. Ст. 1318; СЗ РФ. 2003. N 2. Ст. 167; 2004. N 35. Ст. 3607.

3. Объективная сторона заключается в производстве аборта ненадлежащим лицом. Искусственное прерывание беременности может быть законным (правомерным) и незаконным (криминальным). Незаконный аборт — это искусственное прерывание беременности лицами, не имеющими надлежащей медицинской подготовки; при выходе за указанные выше сроки беременности; без согласия абортируемой.

4. Комментируемая статья хотя и именуется «Незаконное производство аборта» объявляет преступными не все его виды, а только один — производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования. Иные виды не могут влечь УО по данной статье. Она предполагает производство указанного вида незаконного аборта по согласию женщины. Если такого согласия не было, содеянное квалифицируется исходя из последствий по ст. 105 или 111.

5. Способы незаконного аборта на квалификацию не влияют. Наиболее распространенный из них — введение в область матки каких-либо предметов, растворов, инъекции.

6. Составы преступления формальные. Преступление окончено (составами) в момент удаления плода из чрева матери. До этого момента можно говорить лишь о покушении на производство незаконного аборта. Если процесс производства аборта привел к появлению на свет живого ребенка, которого тут же лишают жизни, содеянное как представляющее реальную совокупность преступлений подлежит квалификации не только по ст. 123, но и по статье об убийстве. Если криминальный аборт протекал с осложнениями и вызвал реальную угрозу причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей, а виновный вследствие растерянности, испуга или по иным причинам не принимает необходимых мер (например, не вызывает врача), оставляя потерпевшую в опасном состоянии, содеянное необходимо квалифицировать по совокупности ст. 123 и 125.

7. Субъект преступного посягательства — лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля, что создает большую вероятность неблагоприятного исхода, причинения вреда абортируемой женщине. По мнению законодателя, аборт, совершаемый непрофессионалом, составляет наиболее опасный вид незаконных абортов.

Исходя из этого, не являются субъектами данного посягательства гинекологи и хирурги-гинекологи. Все остальные лица (в том числе имеющие высшее медицинское образование), средний медицинский персонал (даже те из них, которые имеют образование соответствующего профиля, например акушерка) могут выступать в качестве субъекта уголовно наказуемого аборта. При этом место производства незаконного аборта — специальное медицинское учреждение или иное — для ответственности значения не имеет.

8. Субъективная сторона выражается в прямом умысле.

9. УО за анализируемое преступление дифференцирована. Часть 2 из коммент. статьи исключена ФЗ от 08.12.2003 N 162-ФЗ. В ч. 3 установлена повышенная ответственность, если незаконный аборт повлек по неосторожности: а) смерть потерпевшей; б) причинение тяжкого вреда ее здоровью. Налицо пример преступления с двумя формами вины (ст. 27). Необходимо установить причинно-следственную связь между незаконно произведенным абортом и наступившим вредом здоровью либо смертью потерпевшей.

10. Деяние, описанное в ч. 1, относится к категории преступлений небольшой тяжести, в ч. 3 — средней тяжести.

Другой комментарий к Ст. 123 Уголовного кодекса Российской Федерации

1. Объективная сторона характеризуется незаконным производством аборта. Уголовно наказуемым аборт признается только в случае, если он проведен лицом, не имеющим соответствующего медицинского образования (хирургом-гинекологом, акушером). Соответственно, проведение искусственного прерывания беременности врачом-гинекологом вне специального медицинского учреждения или в иные сроки, чем предусмотрено законодательством, не является уголовно наказуемым деянием.

2. Субъектом является лицо, достигшее возраста 16 лет и не имеющее специального медицинского образования соответствующего профиля.

3. Прерывание беременности без согласия женщины квалифицируется по ст. 111 УК РФ как причинение тяжкого вреда ее здоровью.

Статья 123 УК РФ. Незаконное проведение искусственного прерывания беременности

Текущая редакция ст. 123 УК РФ с комментариями и дополнениями на 2018 год

1. Проведение искусственного прерывания беременности лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля, —
наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет.

2. Часть утратила силу с 11 декабря 2003 года — Федеральный закон от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ.

3. То же деяние, если оно повлекло по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью, —
наказывается принудительными работами на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового либо лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

Комментарий к статье 123 УК РФ

1. Состав преступления:
1) объект: здоровье беременной женщины, так как аборт создает угрозу ее здоровью;
2) объективная сторона: активные действия, направленные на искусственное прерывание беременности и совершаемые с нарушением установленных правил;
3) субъект: лицо, не имеющее высшего медицинского образования необходимого профиля;
4) субъективная сторона: предполагает прямой умысел. Виновный сознает, что он своими противоправными действиями прерывает беременность, и желает добиться искусственного прерывания беременности. Мотив и цель этого преступления могут быть самыми разными. Чаще всего мотивом незаконного прерывания беременности является корысть, но это может быть и ложно понятое чувство товарищества и т.д. Если врач, производя аборты вне больницы или другого лечебного учреждения, действовал в состоянии крайней необходимости, то уголовная ответственность исключается.

К квалифицирующему признаку преступления относится то же деяние, если оно повлекло по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью (ч.3 ст. 123 УК РФ).

2. Применимое законодательство:
1) Конституция РФ (ст. 41);
2) ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ст. 4, 18, 19 и др.).

3. Судебная практика. Приговором Бикинского городского суда Хабаровского края от 27.12.2010 по делу N 1-233/2010 гр.М. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 123 УК РФ. Гражданка М., являясь лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля, но обладая знаниями о немедицинском способе прерывания беременности (аборте), осознавая незаконность производства аборта вне медицинского учреждения и лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля, дала свое согласие на совершение действий, влекущих прерывание беременности у гр.Ф., т.е. на незаконное производство аборта.

________________
URL: http://docs.pravo.ru/document/view/17491292/.

Консультации и комментарии юристов по ст 123 УК РФ

Если у вас остались вопросы по статье 123 УК РФ и вы хотите быть уверены в актуальности представленной информации, вы можете проконсультироваться у юристов нашего сайта.

Задать вопрос можно по телефону или на сайте. Первичные консультации проводятся бесплатно с 9:00 до 21:00 ежедневно по Московскому времени. Вопросы, полученные с 21:00 до 9:00, будут обработаны на следующий день.

Статья 123. Незаконное проведение искусственного прерывания беременности

1. Проведение искусственного прерывания беременности лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля, —

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет.

2. Утратила силу.

3. То же деяние, если оно повлекло по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью, —

наказывается принудительными работами на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового либо лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

Комментарий к Ст. 123 УК РФ

1. С введением в действие УК существенно изменилось понятие незаконного производства аборта в его уголовно-правовом смысле. В соответствии с комментируемой статьей незаконным считается производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля.

Таким образом, само по себе производство аборта врачом-гинекологом, например, в ненадлежащих санитарных условиях вне медицинского учреждения не является уголовно-наказуемым. Но в случае, когда в результате производства аборта при указанных обстоятельствах здоровью потерпевшего по неосторожности причиняется вред или смерть последнего, ответственность за данные действия наступает по соответствующей части ст. 235 УК за занятие частной медицинской практикой лицом, не имеющим лицензии на избранный вид деятельности.

Таким образом, субъектом настоящего преступления выступает только лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля.

2. Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

3. Объектом преступления выступает жизнь и здоровье беременной женщины.

4. Объективная сторона преступления заключается в искусственном прерывании беременности.

5. В ч. 3 комментируемой статьи предусмотрена ответственность за наиболее опасные последствия производства незаконного аборта, если действия виновного повлекли по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью. При этом необходимо иметь в виду, что понятие тяжкого вреда здоровью включает, в частности, утрату способности к оплодотворению и деторождению.

Незаконный аборт (ст. 123 УК ): кто и какую несет ответственность?

Искусственное прерывание беременности испокон веков было вне закона. Его запрещали верующим все религиозные конфессии. Несмотря на то, что сейчас существует множество средств контрацепции, институты семьи, призванные бороться с проблемой, аборт распространен более чем когда-либо. По статистике эту процедуру хотя бы один раз сделала каждая третья женщина в России. Но это только официальные данные, они не принимают во внимание количество незарегистрированных, криминальных абортов.

Общая информация

Важно помнить, что незаконное производство аборта – это всегда преступление, направленное против здоровья женщины. Любое вмешательство, осуществленное ненадлежащим образом, в кустарных условиях связано с риском для жизни. Что движет женщинами, решившимися на криминальный аборт? Назовем лишь самые распространенные причины:

  • отсутствие документов (паспорт, полис и т. д.), устанавливающих личность женщины;
  • большой срок беременности;
  • медицинские противопоказания;
  • венерические заболевания, ВИЧ и т. д.;
  • отсутствие квалифицированного медицинского специалиста (в случае с удаленными населенными пунктами).

Произвести аборт, не нарушая закон, может только специалист с соответствующим медицинским образованием, в стационаре, при условии, что срок беременности не более 12 недель (22 недель при наличии социальных показаний), и женщина не имеет противопоказаний для процедуры.

Все другие варианты прерывания беременности могут быть признаны незаконными в соответствии со ст. 123 УК.

Каково наказание?

Согласно первой части рассматриваемой статьи преступлением считается проведение аборта лицом, не получившим по соответствующему профилю медицинского высшего образования. За его совершение закон устанавливает следующие виды альтернативных санкций:

  • до 80 тыс. руб. штрафа, либо в эквиваленте зарплаты или другого заработка виновного за период до 6 мес.;
  • до 480 ч. обязательных работ;
  • до 2-х лет исправительных работ.

Если прерывание беременности, осуществленное незаконно, повлекло наступление смерти женщины, либо ее здоровью был причинен вред, определяемый как тяжкий, ч.3 ст. 123 УК РФ предусматривает два вида наказания: до 5 лет принудительных работ или лишения преступника свободы. В обоих случаях допускается назначение дополнительной санкции: лишение осужденного права на работу в определенной должности, либо на ведение конкретной профессиональной деятельности на срок до 3-х лет.

Объект и объективная сторона

Непосредственный объект по ст. 123 УК – это здоровье беременной женщины. В качестве потерпевшей в данном случае выступает тоже она.

Объективная сторона характеризуется противозаконным производством аборта. Согласно законодательству, прерывание беременности может признано незаконным только тогда, когда оно произведено лицом без соответствующего образования (медицинского), т. е. не акушером и не хирургом-гинекологом. Т. о. толкование первой части ст. 123 УК РФ наталкивает на вывод о том, что закон основание для наступления уголовной ответственности связывает со специальностью виновного, а не способом проведения операции.

Производство аборта врачом акушером-гинекологом за пределами медучреждения, в антисанитарных условиях не является уголовно-наказуемым деянием. Лишь в тех случаях, когда был причинен вред здоровью женщины или наступила ее смерть, действия медика могут быть квалифицированы по 235 статье. Она подразумевает ответственность за занятие медицинской частной практикой при отсутствии на данный вид деятельности лицензии.

Состав квалифицируемого по ст. 123 УК преступного деяния формальный. Оно считается оконченным с того момента, когда был произведен аборт.

Субъект и субъективная сторона

Субъект является специальным: лицо старше 16 лет, не имеющее по соответствующему профилю высшего медицинского образования.

Субъективную сторону простого состава преступления по ст. 123 УК законодатель определяет, как прямой умысел. В части 3 уголовно-правовой нормы закреплены квалифицирующие признаки. В этом случае субъективную сторону составляют две формы вины. Во-первых, это умысел по отношению к производству аборта. В качестве мотива может выступать корысть, желание получить материальное вознаграждение. Во-вторых, имеет место неосторожность в отношении наступивших последствий (тяжкий вред здоровью или смерть).

Если прерывание беременности было осуществлено без добровольного согласия женщины, действия преступника квалифицируют по ст. 111 УК.

Субъект и субъективная сторона незаконного производства аборта

Юридическая дефиниция «криминальный или незаконный аборт» претерпела изменение в действующем Уголовном кодексе по сравнению с Уголовным кодексом РСФСР 1960 г.

Современный законодатель включил в состав уголовно наказуемого деяния «Незаконное производство аборта» лишь один вид криминальных действий (по сравнению с УК РСФСР 1960 г.) — производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования, сузив круг субъектов преступления.

Фактически произошла декриминализация искусственного прерывания беременности, произведенная, хотя и врачом соответствующего профиля, но не с соблюдением всех правил, не lege artis. Применять определение к такому оперативному вмешательству как незаконный аборт было бы неверно, по крайней мере, юридически неточно.

Радченко М.В. высказывает мнение о том, чтобы в случае проведения врачом акушером-гинекологом анормального искусственного прерывания беременности, не являющегося уголовно наказуемым деянием по ст. 123 УК РФ, использовать дефиницию «ненадлежащее прерывание беременности». С оговоркой, что термин «ненадлежащий» — это противовес «незаконному» в точном юридическом смысле ст. 123 УК РФ, но отнюдь не индульгенция от возможного присутствия в таких действиях иных составов уголовно наказуемых деяний, особенно тесно примыкающих к незаконному прерыванию беременности, а также ставящих в опасность жизнь или здоровье путем рискованных инвазивных процедур. На наш взгляд, данная точка зрения не обоснована, так как в подобном случае возможна квалификация по ст. 118 ч. 2: «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, совершенное вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей» (при наличии соответствующих условий).

Субъект преступления, предусмотренного ст. 123 Уголовного кодекса Российской Федерации, — лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля, достигшее шестнадцати лет. Следовательно, в соответствии с ч. 1 ст. 123 УК РФ врачи, имеющие высшее медицинское образование соответствующего профиля, за незаконное прерывание беременности по этой статье привлечены быть не могут. При наличии необходимых признаков состава их действия могут быть квалифицированы по другим статьям. В частности, они могут быть привлечены за причинение соответствующих последствий по неосторожности, что предусмотрено ст. 235 УК РФ — «Незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью». Часть 1 ст. 235 УК РФ предусматривает занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью лицом, не имеющим лицензии на избранный вид деятельности, если это повлекло по неосторожности причинение вреда здоровью человека, а ч. 2 ст. 235 УК РФ предусматривает ответственность за деяние, предусмотренное ч. 1 данной статьи, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Объективная сторона данного состава преступления включает: а) действия, образующие занятие медицинской практикой, и бездействие в виде неполучения лицензии; б) преступные последствия в виде причинения вреда здоровью человека.

Занятием частной медицинской практикой является регулярное оказание медицинских услуг медицинскими работниками вне учреждений государственной и муниципальной системы здравоохранения за счет личных средств граждан или за счет средств предприятий, учреждений и организаций, в том числе страховых медицинских организаций, в соответствии с заключенными договорами. Право на занятие частной медицинской практикой имеют лишь лица, получившие диплом о высшем или среднем медицинском образовании, сертификат специалиста и лицензию на избранный вид деятельности. Частная медицинская практика, т.е. медицинская деятельность, осуществляемая юридическими лицами независимо от организационно — правовой формы (но не являющимися учреждениями государственной и муниципальной системы здравоохранения), а также физическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, подлежат лицензированию. Занятие частной медицинской практикой осуществляется с предварительным извещением будущих клиентов либо в другой форме с целью извлечения прибыли. Не является занятием медицинской практикой оказание разовых услуг, хотя бы и за вознаграждение, которое осуществляется от случая к случаю, по усмотрению данного лица, когда пациенту заранее неизвестно, может ли он получить медицинские услуги и на каких условиях. Следовательно, незаконное производство аборта врачом соответствующей квалификации за вознаграждение и повлекшее причинение вреда здоровью не будет образовывать данного состава преступления, так как это не будет попадать под определение частной медицинской практики.

Действия врача акушера-гинеколога, производящего аборт в лечебном учреждении, но с нарушением предписаний законодательства, к примеру, без оформления пациентки должным образом, не могут быть квалифицированы по ст. 118 УК РФ. Так как в соответствии с ч. 2 ст. И 8 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, совершенное вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей), указывается на неосторожность, а производство аборта совершается с прямым умыслом.

Действия врача акушера-гинеколога, производящего аборт в лечебном учреждении также не могут быть квалифицированы и по ст. 286 УК РФ, превышение должностных полномочий, так как врач не является должностным лицом, за исключением случаев прямо предусмотренных законом.

Возвращаясь к вопросу о субъекте незаконного производства аборта, следует отметить, что непонятно, почему лица, имеющие высшее медицинское образование соответствующего профиля, теперь не несут ответственность по статье 123 УК РФ. В соответствии с ч 2 ст. 123 УК РФ, незаконным признается «производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля», то есть гинекологической специальности (хирург-гинеколог, акушер). Буквальное толкование этой нормы приводит к выводу, что основание уголовной ответственности закон связывает не с самой по себе операцией, при наличии установленных медициной противопоказаний для искусственного прерывания беременности (например, если ее срок превышает 12 недель или операция проводится в неприспособленном помещении) либо способом производства криминального аборта, а именно; с личностью виновного. Следовательно, при отсутствии указанных в ч. 3 данной статьи последствий производство аборта лицом, имеющим высшее медицинское образование соответствующего профиля, данного состава преступления не образует.

Субъектом преступления, по ч. 1 ст. 123 УК РФ, является вменяемое лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля. Для него ответственность, по ч, 1 ст. 123 УК РФ, наступает независимо от иных обстоятельств, при которых выполнена операция.

Субъектом данного преступления могут быть акушерки, сестры и иные лица, имеющие среднее медицинское образование, например, студенты старших курсов медицинских вузов, а также лица, которые не имеют никакой медицинской подготовки. К субъекту данного преступления отнесены и лица, имеющие высшее медицинское образование, но не соответствующего профиля (например, стоматолог). В действующем Уголовном кодексе декриминализировано незаконное производство аборта лицом, имеющим специальное образование. Следовательно, не может данное преступление совершить лицо, имеющее высшее медицинское образование по специальности «врачебное дело», успешно прошедшее обучение в специализированной субординатуре, практиковавшее в течение года в качестве врача-интерна и успешно сдавшее экзамен о присвоении ему квалификации специалиста «врача акушера-гинеколога».

В этом еще более убеждает сравнительный анализ указанной статьи УК РФ со ст. 116 УК РСФСР, которая предусматривала ответственность за незаконное производство аборта. Диспозиция ст. 116 УК РСФСР имела следующее содержание: «Незаконное производство аборта врачом. Производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования. Действия, предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи, совершенные неоднократно или повлекшие за собой смерть потерпевшей или иные тяжкие последствия.

Таким образом, аборт, по УК РСФСР, признавался незаконным в двух случаях: 1) когда он был произведен врачом, но без соблюдения необходимых условий для производства аборта; 2) когда он был произведен лицом, не имеющим высшего медицинского образования.

Производство аборта не врачом признавалось незаконным, и применение уголовного закона в данном случае не вызывало каких-либо сложностей у правоприменителя, ибо любое медицинское вмешательство в деятельность организма потерпевшего, даже по его согласию, без надлежащего медицинского образования, а тем более вообще без медицинского образования, преступно само по себе. Отсутствие указания в законе на незаконность деяния вполне понятно и очевидно, так как подобное деяние практически всегда будет незаконным. В то же время производство аборта врачом может быть или законным или незаконным, в зависимости от наличия (отсутствия) обязательных для этого условий. Поэтому указание в статье на незаконность деяния в данном случае являлось обязательным.

В ст. 123 УК РФ нет указания на то, что субъектом преступления может быть врач соответствующего профиля (например, акушер-гинеколог) при нарушении правил производства аборта. Это приводит к следующим выводам.

По УК РСФСР субъектом, преступления признавался врач, который произвел аборт с нарушением обязательных условий для его производства, а также лицо, не имеющее высшего медицинского образования. По УК РФ, субъектом преступления признается только лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля. Круг субъектов преступления, таким образом, оказался значительно суженным за счет исключения из их числа лиц, имеющих высшее медицинское образование соответствующего профиля. Парадоксально, но факт. Если лицо имеет высшее медицинское образование соответствующего профиля, то оно не может быть субъектом преступления, предусмотренного ст. 123 УК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 116 УК РСФСР аборт признавался незаконным, если он производился с нарушением условий, обязательных для его проведения, таких, как осуществление искусственного прерывания беременности вне стационарного лечебного учреждения, при наличии противопоказаний для производства этой операции и т. д. Аборт признавался незаконным также в случаях, когда он был произведен лицом, не имеющим медицинского образования.

По УК РФ аборт признается уголовно наказуемым, если он осуществлен ненадлежащим лицом. Нарушение других условий правомерности производства аборта уголовно ненаказуемо.

Наглядно уголовно-правовой пробел виден из сравнительной таблицы статей 116 УК РСФСР и 123 УК РФ, учитывая, что данное деяние совершается с прямым умыслом (таблица 2Л). Сопоставление статей Уголовных кодексов РФ и РСФСР, Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан, иного нормативного материала, регулирующего вопросы искусственного прерывания беременности, ярко показывает несогласованность российского законодательства в части уголовной ответственности за незаконное производство аборта. Ответственность за преступление, предусмотренное ст. 123 УК РФ, должна была бы наступать и при нарушении условий, необходимых для производства искусственного прерывания беременности. Однако уголовный закон не учитывает положений, содержащихся в иных нормативных актах. Надо ли говорить, к каким неблагоприятным последствиям в области охраны здоровья может привести подобная несогласованность российского законодательства.

Получается, что закон не устанавливает ответственности для дипломированных акушеров-гинекологов, которые при желании могут безнаказанно делать аборты на любых сроках, вне специализированных акушерско-гинекологических лечебных учреждений либо в них, но, не оформляя должным образом как аборт, соответственно, не несет никакой ответственности, нарушая всевозможные нормативные акты Минздрава РФ относительно порядка проведения абортов.

Таким образом, законность искусственного прерывания беременности врачом акушером-гинекологом презюмируется. Врач исключается из круга возможных субъектов преступления. Почему? Это идеальные взгляды законодателя, жажда выдать желаемое за действительное? Доказательство несогласованности российского законодательства?

Большое количество регламентирующих прерывание беременности на разных сроках нормативных актов, обязательных для врачей-специалистов так и осталось мертвыми нормами. Значит, по логике законодателя, если действия, ставящие в опасность жизнь или здоровье, исходят от врача, то это не является преступлением.

При рассмотрении вопроса о субъекте незаконного производства аборта необходимо затронуть вопрос о таком явлении как уголовная ответственность беременной женщины за незаконное производство аборта самой себе. Подобная практика существовала во многих государствах до XX века, но с утверждением более либеральных взглядов такое положение изменилось. Ярким примером признания роженицы виновной в производстве себе аборта является законодательство СССР с 1936 по 1954 гг., которое характеризуется запретом искусственного аборта (искусственный аборт производился только по медицинским показаниям). Постановление ЦИК и СНК СССР от 27 июня 1936 Г- запретило производство абортов «как в больницах и специальных лечебных заведениях, так и на дому у врачей и на частных квартирах беременных». Одновременно устанавливалась уголовная ответственность за производство аборта вне больниц или в больнице, но с нарушением указанных условий, за понуждение женщины к производству аборта и для самой беременной женщины, производящей аборт в нарушение запрещения. Уголовная ответственность для беременной устанавливалась и в случае ее согласия на аборт, производимый ей другими лицами.

Практика применения этих норм привела к крайне неблагоприятным последствиям и не только не устранила вред, причиняемый здоровью женщин, на что указывалось как на причину принятия данного постановления, но и, напротив, вынуждала женщин обращаться к лицам, не всегда имевшим соответствующее медицинское образование и производившим операцию не в условиях медицинских учреждений. Поэтому 5 августа 1954 г. была отменена уголовная ответственность беременных женщин за производство абортов. На основании этого Указа исключалась ответственность женщин, произведших себе аборт самостоятельно или с помощью других лиц. Позже, 23 ноября 1955 г., Президиумом Верховного Совета СССР издан Указ «Об отмене запрещения абортов». Отсюда следует вывод, что вводить в уголовный закон ответственность за подобные действия, например, за незаконное производство аборта для самой женщины, не следует вовсе, поскольку такой закон будет иметь больше негативных социальных последствий, чем принесет пользы обществу, и уж точно не искоренит подобные преступления. Напротив, результатом репрессивного законодательства станет переориентация с легальных путей на нелегальные, повышение цены оказываемых таким способом услуг, неэффективные затраты государства на борьбу с такими преступлениями и еще целый ряд неблагоприятных последствий, в том числе и для общественного сознания, среди которых главным является снижение престижа уголовного закона в глазах граждан. Практика законодательства об ответственности за незаконное производство аборта в СССР — яркое подтверждение правильности указанной позиции.

Учитывая все вышесказанное, касаясь субъекта незаконного производства аборта, в действующее уголовное законодательство необходимо внести следующее изменение, дополнив ст. 123 УК РФ «Незаконное прерывание беременности» пунктом следующего содержания:

— прерывание беременности с согласия женщины лицом, имеющим высшее медицинское образование соответствующего профиля, производящим искусственное прерывание беременности в нарушение предписаний законодательства – наказывается.

Далее, рассматривая субъективную сторону незаконного производства аборта, необходимо дать определения некоторым понятиям. Под субъективной стороной преступления понимается психическая деятельность лица, связанная с совершением деяния. Психика — это совокупность ощущений, представлений, чувств, мыслей, как отражение в сознании человека объективной действительности.

Сразу необходимо отметить, что речь будет идти о простом виде незаконного производства аборта, то есть ч. 1 ст. 123.

Вина является обязательным признаком субъективной стороны; мотив, цель, эмоциональное состояние — факультативными.

Вина — это психическое отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию и его последствиям.

Психологическая концепция вины является общепризнанной на практике и в теории уголовного права. Психическое содержание вины включает в себя определенное состояние сознания и воли, т.е. протекающей в сознании человека, совершившего преступление, психический процесс, и именно тот процесс, который сопровождал противоправное поведение лица. Умысел и неосторожность характеризуют психическое отношение лица к совершенному деянию и его последствиям. Законодательство различает две формы вины — умысел и неосторожность.

При совершении преступления с прямым умыслом лицо сознает общественно опасный характер своего деяния, предвидит неизбежность или реальную возможность наступления общественно опасных последствий и желает их наступления.

Интеллектуальный момент прямого умысла характеризуется, прежде всего, сознанием общественно опасного характера совершаемого виновным деяния. Однако интеллектуальный момент прямого умысла также может характеризоваться предвидением лицом неизбежности или реальной возможности наступления общественно опасных последствий.

Волевой момент прямого умысла состоит в желании лица в наступлении тех последствий, которые охватывались его предвидением. Желание, как волевой момент прямого умысла заключается в стремлении к определенным последствиям, которые могут выступать в качестве: 1) конечной цели; 2) промежуточного этапа — при прямом умысле вредные последствия могут быть как непосредственные, так и промежуточной целью в действии виновного; 3) средство достижения цели; 4) необходимого сопутствующего элемента деяния. В преступлениях с формальными составами допускается только прямой умысел, причем его интеллектуальный момент заключается в сознании лицом фактического характера своего общественно опасного деяния, а волевой — в желании его совершения.

Сам факт теоретического допущения косвенного умысла по отношению к деянию противоречит презумпции вменяемости.

В уголовно-правовой литературе признается бесспорным, что незаконное производство аборта может быть совершено только умышленно, причем с прямым умыслом. Виновный сознает, что женщина беременная и желает эту беременность прекратить. Субъект при этом сознает, что своими действиями он производит незаконный аборт и желает этого. Косвенный умысел при совершении этого преступления исключается. Наиболее полную характеристику вины в криминальном аборте дал Н.И, Загородников. По его мнению, умысел имеется и тогда, когда виновный сознает, что операция производится не в стационарном лечебном учреждении и что он не имеет высшего медицинского образования, а следовательно, не имеет права ее совершать, или сознает иные признаки противоправности своих действий, охватываемые составом этого преступления. Сознавая признаки противоправности своих действий, виновный совершает их, желая при этом, чтобы беременность была прервана. Прямой умысел в этом случае слагается из следующих признаков: сознания того, что виновный своими действиями прерывает беременность, сознания противоправности прерывания беременности и желания добиться искусственного прерывания беременности. Такая характеристика субъективной стороны аборта не вызывает возражений, но нуждается в дальнейшем исследовании, позволяющем ее детализировать. Эта детализация важна для более глубокого познания содержания общественной опасности указанного преступления.

Следует также указать на то, что если врач, производя аборт вне больницы или другого лечебного учреждения, действовал в состоянии крайней необходимости, то уголовная ответственность исключается.

При рассмотрении вопроса об отношении виновного к отдельным объективным признакам незаконного аборта большую сложность представляет для исследования отношение виновного к объекту преступления.

В уголовно-правовой литературе имеются различные мнения по этому вопросу. ЮА. Демидов считает, что при совершении некоторых преступлений сознания объекта может и не быть. С этим не согласен П.С. Дагель, полагающий, что с сознанием общественной опасности связано сознание, хотя бы в общих чертах, признаков объекта преступления. Без этого, как он пишет, невозможно сознание характера общественной опасности деяния. Мы согласны с мнением П.C. Дагеля, что осознание объекта нередко происходит опосредованно, через осознание других признаков состава — предмета преступления, признаков лица, потерпевшего от преступления, характера преступных последствий, и т. д.

В рассматриваемом нами составе преступления, когда виновный производит насильственное вмешательство в естественный биологический процесс в организме беременной женщины с целью прервать беременность, он сознает объект, поскольку понимает, что, вмешиваясь в процесс беременности, посягает на здоровье женщины.

Незаконность аборта неодинаково осознается различными субъектами этого преступления. Врач ненадлежащей квалификации, но все же человек с высшим медицинским образованием, должен сознавать незаконность аборта в связи с тем, что он в силу своей квалификации знает нормативные акты, регулирующие основания и порядок производства аборта, и понимает, в чем конкретно выражается нарушение им закона при производстве незаконного аборта. При таком содержании сознания виновный в незаконном аборте врач чаще всего достаточно глубоко сознает общественную опасность своего деяния, так как в силу своих медицинских познаний понимает: для предотвращения какого именно вреда установлены регулирующие производство аборта нормативные правила.

Лицо, не имеющее соответствующего медицинского образования, иначе сознает социальный признак незаконного аборта. Это лицо сознает противоправность лишь через понимание того, что оно не имеет права вмешиваться в процесс беременности другого человека. Реальную опасность аборта для организма потерпевшей виновное лицо, не имеющее соответствующего медицинского образования, представляет себе не на научном, а на эмпирическом или даже интуитивном уровне. Следствием этого виновный оказывается беспомощным в случаях осложнений в ходе производства аборта, и потерпевшая может оказаться в исключительно опасном состоянии не только для ее здоровья, но и для жизни.

Что касается предвидения общественно опасного последствия и желания его наступления при незаконном аборте, то оно целиком и полностью зависит от вышеописанного психического отношения субъекта к социальному признаку преступного аборта.

В изученной нами практике применения с. 123 УК РФ не встречалось случаев оправдания по причине отсутствия умысла при производстве незаконного аборта. Изучение уголовных дел этой категории показало, что вопрос об умысле при незаконном аборте решают правильно.

Для правильного понимания и раскрытия субъективной стороны незаконного аборта большое значение имеет раскрытие мотива и цели его совершения. Любые действия человека исходят из определенных мотивов и направлены на достижение определенных целей.

Мотив и цель преступления являются самостоятельными факультативными признаками субъективной стороны.

В наиболее кратком определении мотив — это то, что побуждает человека к действию, или, например, мотив — это обусловленные потребностями и интересами, осознанные лицом внутренние побуждения, которые вызывают у него решимость совершить преступление и руководят им при осуществлении его. Цель — это представление о желаемом результате, к достижению которого стремится лицо, совершая общественно опасное деяние.

Мотив рассматриваемого преступления может быть разнообразным. Правильное представление о мотивах незаконных абортов позволяет наиболее полно определить социальную опасность лица, совершившего преступление, и научно обоснованно разработать соответствующие меры профилактики. Своевременное устранение нежелательных мотивов может предотвратить общественно опасные поступки. Мотив присущ любому сознательному деянию человека, а следовательно, не может быть и безмотивных преступлений. Поэтому в любом случае совершения незаконного аборта необходимо установить его мотив.

Изучение судебной практики по делам о производстве незаконного аборта показало, что мотив, в 94% случаев совершения криминальных абортов, корыстный. Обычно, бескорыстные аборты совершаются родственниками и близкими друзьями потерпевшей. В этих случаях аборт совершается по мотивам личной заинтересованности.

В теории уголовного права уделяется определенное внимание мотивам преступления. Нас интересуют положения по этому вопросу, главным образом, в связи с квалификацией преступлений в плане их значения в качестве отягчающих и смягчающих ответственность обстоятельств. На квалификацию преступления влияют лишь мотивы, которые указаны в законе как обязательные элементы субъективной стороны. Между тем, не меньший интерес, особенно в криминологическом плане, хотя и не только в этом, представляют мотивы и тех преступлений, в составе которых они не выступают их элементом.

В анализируемом нами составе преступления мотив в законе не указан, однако без знания мотивов незаконного аборта невозможна, как уже отмечалось, не только достаточно полная профилактика этого преступления, но и научно обоснованная конструкция различных видов составов этого преступления.

Цель преступления, так же как и мотив, характеризует субъективные процессы, которые проходят в сознании лица при совершении им преступления. Правильное и точное установление цели преступления имеет важное значение для полного раскрытия субъективной стороны незаконного аборта.

Как и мотив, цель преступления имеет неодинаковое значение для уголовной ответственности при совершении различных преступлений. Для одних составов преступлений она служит обязательным признаком субъективной стороны, для других — находится за пределами состава. Применительно к незаконному производству аборта целью его совершения является умерщвление плода. Такая цель, по нашему мнению, охватывается понятием «незаконное производство аборта» и, таким образом, включена законодателем в состав этого преступления.

Правильное определение субъективной стороны действий, связанных с прерыванием беременности, имеет важное значение и для отграничения незаконного аборта от других преступлений, вызвавших прерывание беременности.

Нельзя считать криминальным абортом и квалифицировать по ст. 123 УК РФ такие случаи умышленного нанесения ударов или побоев беременной женщине, которые повлекли за собой выкидыш, хотя бы виновный наносил удары или побои с намерением вызвать выкидыш. В данном случае действия виновного не содержат тех признаков объективной стороны состава противозаконного аборта, о которых речь идет выше и такие действия прямо предусмотрены другой специальной статьей уголовного кодекса.

В советский период, по старому законодательству, оценка телесного повреждения, повлекшего прерывание беременности, вызывала противоречивые суждения в литературе. Многие эксперты оценивали прерывание беременности как легкое телесное повреждение при условии целости стенок матки и сохранения ее функций. А. Миронович и В. Тываровский, напротив, считали, что во всех случаях, когда телесное повреждение повлекло прерывание беременности, оно должно быть квалифицировано как тяжкое телесное повреждение. Г.Л. Мендельсон писал: «Нам представляется, что телесное повреждение, причиненное женщине в указанных выше случаях, следует считать тяжким». Таким образом, субъективная сторона данного преступления предполагает прямой умысел, то есть виновный сознает, что он своими противоправными действиями прерывает беременность и желает добиться искусственного прерывания беременности.