Снос зеленого дома

Строительный портал для домовладельцев

  • Главная
  • Wiki-справочник
  • Зеленый дом (здание), зеленое строительство, экологическое строительство

Зеленый дом (здание), зеленое строительство, экологическое строительство

Зеленый дом (здание), зеленое (экологическое) строительство – дом (или строительство, как отрасль в целом), обладающий комплексом свойств, обеспечивающих минимальное вредное воздействие дома на окружающую среду и здоровье человека. Важным качеством зеленого дома является стабильность определяющих его положительных свойств на протяжении всего жизненного цикла, включающего проектирование, возведение, эксплуатацию и снос.

Зеленые дома характеризует снижение следующих показателей:

  • ресурсов на строительство и эксплуатацию (земли, воды, сырья, энергии);
  • вредных выбросов и отходов (сточных вод, твердого мусора и СО2);
  • расходов на эксплуатацию (обслуживание, страховки, пр. издержки).

Снижение финансовых расходов, природных ресурсов и вредных выбросов при строительстве и эксплуатации Зеленых домов

Достигаются указанные эффекты следующими путями:

  • повышением энергоэффективности дома, что приводит к снижению расхода тепловой и электрической энергий и, как следствие, сохранению природных невозобновляемых энергоресурсов: газа, нефтепродуктов, угля и т.п.;
  • использованием для энергоснабжения дома альтернативных (возобновляемых) источников энергии (солнца, ветра, геотермального и низкопотенциального тепла земли);
  • использованием при строительстве и эксплуатации дома экологически безопасных строительных материалов и инженерного оборудования.

По уровню энергоэффективности основным критериям зеленого строительства отвечают пассивные дома и активные дома.

Более полно основной тренд развития современной строительной отрасли освещен в статье «Эволюция строительства: от энергоэффективного, через зеленое, к экоустойчивому«

Снос в Зеленом Бору — дело рук «народных приставов»

На один каменный «теремок» меньше стало в Зеленом Бору. Его, по версии правоохранительных органов, снесли собственники соседних дач в товариществе «Родник», исполнив таким образом за судебных приставов решение Верховного суда РТ, вынесенное еще в 2013 году. У самих приставов денег на снос не нашлось.

ЗАКРЫЛИ СОСЕДЯМ СОЛНЦЕ

Домик в 20 квадратных метров в лесу и членство в дачном товариществе семье Калашниковых достался от бабушки. В 2009 году ДНТ «База отдыха ветеранов войны и труда «Родник» в очередной раз получили землю лесного фонда в аренду на 49 лет, единым участком. Одним из главных условий этой аренды, в соответствии с Лесным кодексом РФ, был и остается запрет на возведение капитальных построек. Но именно такую, в два этажа на крепком фундаменте, с подвалом, Калашниковы возвели в 2010-м на месте подгнившей бабушкиной избушки по собственному проекту.

Площадь нового теремка составила уже 240 квадратов. Но соседям больше проблем доставила высота дома. «Нам закрыли солнце, только тень и холод от этого каменного здания! — рассказала корреспонденту «Вечерней Казани» о событиях пятилетней давности хозяйка одного из соседних деревянных домишек. — Тут все возмущались».

Кроме того, что крепкий дом застил соседям солнце, у них появилась еще одна причина для недовольства: лесник пригрозил расторгнуть договор со всем товариществом.

После этого напуганные дачники единогласно исключили Калашниковых, нарушивших запрет на строительство, из членов товарищества, а те через суд стали добиваться восстановления и в 2011-м получили встречный иск уже от прокуратуры Лаишевского района. «На тот момент суды негативно реагировали на требование сноса — такие иски не удовлетворяли», — вспоминает районный прокурор Владимир Циома. Поэтому им был подан иск о приведении каменного теремка в соответствие с параметрами его деревянного предшественника, и суд его удовлетворил.

Но поскольку исполнение данного решения оказалось невозможным без сноса, приставы и прокуратура уже в конце 2013-го добились того, что апелляционная инстанция Верховного суда РТ таки обязала Калашниковых снести новый дом. Но он простоял до мая 2015-го.

«МЫ НЕ ОЛИГАРХИ»

Добиваясь исполнения судебного решения о сносе, приставы трижды штрафовали хозяйку Елену Калашникову на общую сумму 5 тысяч рублей, накладывали запрет на ее выезд за границу и на регистрационные действия с авто. Штрафы Калашникова оплачивала, за границу не рвалась, а полные права на машину вернула через суд. Одновременно продолжала оспаривать на всех уровнях приговор своему теремку.

— Вокруг в лесу стоят замки с вертолетными площадками и нарушением всех мыслимых норм законодательства, а тут прицепились к одной семье. Да, они допустили оплошность, но дайте возможность ее исправить — провести экспертизу, разработать проект реконструкции для приведения здания в соответствие с действующим законодательством, — изложил корреспонденту «ВК» свою позицию представитель ответчицы Александр Чернов.

— Мы не олигархи, муж — инженер, я — бухгалтер, — вторит сама Елена Калашникова — Проект реконструкции уже находился в разработке, когда 3 июня 2015-го меня уведомили, что снос начнется 20 мая. Мы стали добиваться, чтобы суд приостановил работы, а они узнали об этом и ускорились. К 11 июня, когда суд вынес решение о приостановке сноса, три четверти дома превратились в руины. Соседи теперь пляшут на обломках, а мне очень больно. Закон должен быть един для всех. В нашем товариществе есть еще одна кирпичная постройка с гаражом, на одной из соседних баз — особняк на 1000 квадратных метров, и не на чурбачках стоит, так почему к их владельцам никаких вопросов.

ЛОМАТЬ — НЕ СТРОИТЬ

В районной прокуратуре претензий к избирательному применению норм Лесного кодекса РФ не признают.

-У нас подавались порядка 15 исков о сносе незаконных строений в ДПК «Боровое», но суд приостановил их до рассмотрения уголовного дела в отношении председателя этого ДПК, — говорит Владимир Циома.

Что касается сноса дома Калашниковой, то поскольку ответчик не исполнял судебное решение сам, сносом должны были заняться приставы: запросить финансирование из Москвы, организовать тендер, провести его, определить подрядчика и по завершении работ и расчета с ним взыскать затраты с неисполнительного должника, объясняет лаишевский прокурор.

— Такая процедура прописана в законе, а на практике решения о сносе не исполняются годами. И в данном случае денег на его исполнение в бюджете не нашлось. Зато нашлись добрые люди из числа самих дачников, которые организовали работы про проведению сноса, уведомив об этом приставов. Часть разрушенного дома ими уже вывезена, — рассказал Владимир Циома.

Однако имена этих «народных приставов» корреспонденту «ВК» не назвали ни прокурор, ни приставы, ни дачники во главе с председателем. Неизвестны они и собственнице руин. Калашникова собирается судиться с приставами, полагая, что исполнение законного решения суда ими было произведено незаконно — без описи, сметы, проекта, в ее отсутствие. Ответчицу и ее юриста также интересует, куда эти «народные приставы-мстители» после сноса вывезли стройматериалы и новые пластиковые рамы со стеклопакетами.

По данным УФССП по РТ, на данный момент служба занимается исполнением 311 судебных решений о сносе незаконных построек. А с начала 2015 года по республике было снесено 31 незаконное сооружение.

Жилой дом по адресу: Зелёный проспект, 27, корпус 1 сносить не будут

В адрес нашего сайта поступил вопрос от жительницы района Перово Ольги Филиновой, которая интересуется судьбой её дома, расположенного по адресу: Зелёный проспект, дом 27, корпус 1. Конкретно автора письма интересует вопрос о сносе указанного дома.

С этим вопросом наш корреспондент обратился к заместителю главы управы района Перово Надежде Облогиной, которая сообщила, что в соответствии с постановлением Правительства Москвы от 27.09.2011 года № 454-ПП (в редакции от 22.04.2014 года № 205-ПП) «Об утверждении Государственной программы города Москвы «Жилище» на 2012-2018 годы», предусмотрен снос жилых домов первого периода индустриального домостроения, достигших наибольшей степени морального и физического износа серий К-7, II-32, II-35, 1605-АМ, 1-МГ-300. Жилой дом по адресу: Зелёный проспект, д. 27, к. 1 к данным сериям не относится, аварийным не признавался и сносу не подлежит.

Решения о сносе жилых домов других серий Правительством Москве не принимались.

Ответ подготовлен Светланой Калугиной

Самодеятельные перовские артисты приглашают на свои концерты

Феерия света в Москве. Как прошел фестиваль «Круг света»?

В районе Перово пройдёт IV фестиваль Совета директоров образовательных учреждений

Собянин подписал закон о соцподдержке граждан предпенсионного возраста

Светофоры на Электродной улице теперь работают в штатном режиме

3 октября, 15:00 – 17:00 – семинар «Предприниматели против незаконного вторжения и незаконных проверок бизнеса»

29 сентября, 13:00 – Праздник «Москва – город мира, дружбы и согласия» в Екатерининском парке

19 – 27 сентября – Выставка «Реконструкция советских кинотеатров Москвы» в «Доме на Брестской»

24.09. – 07.10.2018 – Акция «Защити своего питомца» в ВАО

16 сентября – ограничения движения на территории ВАО в связи с Московским осенним велопарадом

Полезные ссылки

Информация о газете

СВИДЕТЕЛЬСТВО О РЕГИСТРАЦИИ СРЕДСТВА МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ Эл № ФС77-60756 от 11 февраля 2015 г.
Название: ГАЗЕТАПЕРОВО.РФ Адрес редакции: 117218, г. Москва, ул. Новочеремушкинская, д. 41 корп. 2, оф. 1 Тел./факс: (499) 129-8809 E-mail: [email protected] Главный редактор: Костина И.А. Учредитель (соучредители): управа района Перово города Москвы (111397, г. Москва, Зелёный проспект, д. 20)

Настоящий ресурс может содержать материалы 16+

Настоящий ресурс может содержать материалы 16+

Собянин опроверг информацию о сносе объектов культурного наследия

Программа реновации жилого фонда в Москве не нанесет ущерба зеленым насаждениям и привычным местам отдыха жителей. Об этом заявил Сергей Собянин. Мэр опроверг информацию о том, что в программу реновации попали и будут снесены объекты культурного наследия.

Программа реновации жилого фонда в Москве не нанесет ущерба зеленым насаждениям и привычным местам отдыха жителей. Объемы озеленения и площади благоустройства уменьшаться не будут. Об этом заявил Сергей Собянин в прямом эфире в соцсети «ВКонтакте». За трансляцией следил телеканал «ТВ Центр».

Мэр опроверг информацию о том, что в программу реновации попали и будут снесены объекты культурного наследия. При этом глава города заметил, что в городе есть дома, построенные в 50-е годы, считающиеся памятниками модернизма, жить в которых крайне неудобно. Если жители таких домов считают, что здание пришло в ветхое состояние, они смогут улучшить жилищные условия, не навредив архитектуре.

«Граждане, если вы хотите, чтобы ваш дом включили в программу реновации, пожалуйста, собирайтесь, проводите собрание и подавайте заявку. Соберете решение дома, мы, скорее всего, включим ваш дом в программу. Но при этом сам дом сносить не собираемся. Если хотя бы один дом, который является памятником исторического наследия, включается в программу, сам дом сохраняется. Люди оттуда переселяются, а дом реставрируется», — обратился к горожанам Собянин.

Мергасовский дом в Казани: сносить нельзя, реставрировать тоже

«Страшное зелёное здание» на Чёрном озере — головная боль для архитекторов и реставраторов Казани

Мергасовский дом больше известен казанцам как «страшный зелёный дом» около Чёрноозерского парка. Привлечённые эстетикой разрушения, горожане частенько устраивают здесь «трэшевые» фотосессии, в том числе и свадебные. Однако мало кто знает историю этого интересного здания, яркого образца конструктивизма в архитектуре.

Не остаться сносом

«Клубком проблем» назвала ситуацию с Мергасовским домом Фарида Забирова, зампред Татарстанского регионального отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ТРО ВООПИиК). Причём вопрос о судьбе здания стоит уже много лет, впервые о необходимости расселения жильцов из этого дома заговорили лет двадцать назад. В чём же проблема?

— Одна из проблем заключается в том, что это здание имеет два адреса, — поясняет Ф. Забирова. – Один идёт по улице Кави Наджми, второй — по улице Дзержинского. При этом по первому адресу строение числится как памятник культурного наследия, а по второму – как жилой дом.

По этой логике, в первом случае признанный аварийным объект подпадает под действие Федерального закона об охране памятников и после расселения жильцов оно подлежит не сносу, а реставрации. Во втором, дом, как аварийный, подлежит сносу. И первое, что нужно сделать, по мнению специалистов, разделить проблему расселения с проблемой сноса с учётом требований Федерального закона.

Тут кроется очередная загвоздка. Если вопрос с двойным адресом теоретически можно решить, то расселение жильцов и приведение здания в нормальное состояние потребует массу времени, сил и средств. «Скорее всего, это будет очень длинная история, так как владельцам квартир в этом здании предлагают в качестве компенсации сумму из расчёта 11 тысяч за квадратный метр», — говорит Забирова. Вряд ли кто из жильцов с лёгкостью согласится на эту сумму или переехать из самого центра за пределы города. Но даже и в этом случае, если вдруг все жильцы решат покинуть свои квартиры на предложенных условиях, остро встаёт вопрос сохранности дома.

«Проблема в том, что там идёт геологическая складка, которая начинается с Кремля, проходит к дому через Пассаж , — говорит Фарида Забирова. — Геология там — хуже не бывает, так как в XIX веке засыпали Черное озеро, а вода всегда найдёт себе дорогу. И вот на этом ненадёжном грунте стоит Мергасовский дом».

Но как же решились построить рядом здание минстройжилкомхоза РТ на Дзержинского, 10? Оказывается, строение держится на монолитной плите толщиной в метр, как на дебаркадере. И таким образом, вся конструкция как бы находится на плаву. Аналогичным образом можно спасти и Мергасовский дом, но о том, в какие деньги это может встать, можно только догадываться. Хотя опыт укрепления фундамента в подобных геологических условиях у казанских реставраторов есть – так же спасали Александровский Пассаж.

Конструктивисткие «насыпушки»

Не менее тревожит реставраторов и качество строительства в эпоху конструктивизма (1920-1930 годы).

«В те времена строили, можно сказать, из чего попало. Особенность в том, что не было качественных строительных материалов, эти здания — практически «насыпушки», — говорит Фарида Забирова. — Аналогичная ситуация была на улице Тукая, когда с некоторых исторических объектов снимали современные надстройки и летели опилки, фанерки и т.д. И сейчас проблема сохранности зданий в стиле авангарда и конструктивизма, возведённых из очень слабых и недолговечных материалов, стоит очень остро. И даже если жильцы Мергасовского дома сейчас уедут, дом не простоит одной зимы». Потенциальный инвестор, которому показали это здание, вначале думал создать здесь дешёвое жильё для студентов. Но проанализировав ситуацию, специалисты пришли к выводу, что после реставрации дом станет «золотым».

Но, допустим, инвестор вложил средства и процесс реставрации начался. Тут может возникнуть ещё одна проблема – теперь уже методического характера. «Мергасовский дом — это памятник истории, там жили известные татарские писатели, — поясняет зампред ТРО ВООПИИК. — И когда мы имеем дело с памятником истории, то должны сохранить аутентичность обстановки, например, интерьер комнат, в которых жили деятели искусства. Иначе дом перестаёт быть памятником».

Несмотря на все эти сложности, реставраторы и историки уверены – здание памятника должно жить. «У нас в городе очень мало образцов конструктивизма. Мы должны приложить все усилия, чтобы отреставрировать и сохранить Мергасовский дом», — резюмирует Фарида Забирова.

Исповедь переселяемых: «Снос нашего дома убьет мою семью»

Госдума приняла в первом чтении пакет поправок, узаконивающих снос пятиэтажек в Москве. В поддержку документа высказалось 397 депутатов, против проголосовали четверо. В случае принятия закон даст столичным властям широкие полномочия для реновации жилищного фонда. Мэрия сможет определять целые серии и конкретные дома под снос, выдавать «специальные технические условия» застройщику в обход регламентов. Законопроект вызвал протест у москвичей и нарекания экспертов, которые заявили, что он противоречит конституции и нормам гражданского права. Программу не поддержал и Союз московских архитекторов. The Insider поговорил с жителями столицы и выяснил, почему лично для них снос домов и переселение станет трагедией.

Мария Соловьева-Сосновик, Свиблово:

Идея тотального сноса в том виде, в каком она существует сейчас, возмущает меня до крайности. Все действия должны происходить совершенно в ином порядке. Сначала — градостроительный план с трехмерными картинками нового облика города, потом общественные слушания. И полное понимание того, что жители города поддерживают планы по застройке. После прозрачного голосования. Подробная информация о планах города по переселению с указанием домов, в которых планируется предложить квартиры, планировками, описанием конкретных объектов инфраструктуры. И только потом — необходимые изменения в законодательстве при абсолютном соответствии Конституции РФ.

7 лет назад мы купили квартиру специально в этом районе — зеленом, малоэтажном, с хорошими школами и несколькими красивыми парками, недалеко от центра. Рядом — метро и станция МЦК. Дом кирпичный, четырехэтажный, построенный по индивидуальному проекту, чистый, тихий, с письменным подтверждением из управы района о том, что сносу он не подлежит. Мы полностью переделали и отремонтировали квартиру — ее небольшой размер для меня не проблема, я дизайнер интерьеров.

Раз уж снос неизбежен, купите у меня квартиру и компенсируйте мне расходы. Дальше мы сами будем решать, где жить.

А ещё мне нравится собирать осенью яблоки прямо из окна и слушать птиц, когда я утром отвожу сына в школу. Опять же как дизайнер, я не вижу проблемы в переезде и ремонте, но мой протест вызывают проблемы другого порядка. Почему кто-то решил, что мое жильё некомфортно? Почему соседи, даже если они собственники своих квартир, будут голосовать за изъятие моей собственности? Почему я лишаюсь судебной защиты? Почему никто не предлагает мне договориться о выкупе квартиры? Раз уж снос неизбежен, купите у меня квартиру и компенсируйте мне расходы. Дальше мы сами будем решать, где жить. Какого черта я должна ехать в соседние районы, где недвижимость заметно дешевле (я проверяла), если сейчас у меня квартира в самом дорогом уголке нашего вполне симпатичного района?! Мы заработали на эту квартиру, а не получили ее в наследство или по приватизации.

Дальше — я ведь работаю над проектами в разных домах. Лучшие — кирпичные. С ними никакой дом не сравнится. Современная панель и монолит — полное безобразие, — и в смысле планировок, и по качеству строительства, и по звукоизоляции. Я уже не говорю о художественном оформлении фасадов и диком ветре возле подъездов из-за неправильно рассчитанной аэродинамики. У детей шапки сдувает!

Соседи на собрании, организованном управой, дружно возмутились, управа не давила, кстати, просто дала очень размытую информацию. Вариант «сначала проголосуйте, а потом мы вам объясним, за что вы проголосовали» никого не устроил, но потом начался разброд.

Многие хотят сноса, потому что привыкли к халяве после приватизации, они и не ремонтировались никогда, ждали этого счастливого момента. Есть даже такие, кто думает переехать побыстрее, чтобы уже точно остаться в районе или такие, кто собирается «отстреливаться с пулеметом», если вывезут из района. И даже те, кто смотрит на комплекс бизнес-класса по соседству и думает, что переселят туда. При упоминании близлежащих районов начинают трястись. То есть в районе, а лучше в микрорайоне, хотят остаться все.

В смысле дальнейших действий у меня есть два варианта: работать с соседями и бороться за кап.ремонт вместо сноса или просто продумывать варианты отступления. Оба тупиковые. В доме 20% квартир куплены. Остальные — приватизационная халява и социальное жильё. Борьба явно результатов не даст. Где теперь селиться, тоже непонятно, потому что снести могут все.

Юлия Казакевич, Филевский парк:

Решение властей о сносе домов-чудовищное преступление против человечности, за которое должен судить международный трибунал. Это конфискация и депортация! Цинично прикрываясь беспардонным враньем и обещаниями о переселении в квартиры поблизости, нас заставят покинуть кирпичные дома, тёплые, с толстыми стенами, с дорогими ремонтами внутри и зелёными парками снаружи и выбросят в загаженные и криминализированные промзоны.

Население, чьи головы забиты лживой пропагандой, уверены, что закон о реновации — это то же самое, что Лужковская программа сноса ветхого жилья, они уверены в том, что государство даст им лишние метры! Депутат ГД РФ (он не дал мне разрешение на упоминание своего имени в прессе) позвонил, чтобы выразить соболезнование в связи с безвременным уходом моего мужа, гениального врача-диагноста Виктора Казакевича. Я рассказала ему об угрозе, которая нависла над нами. Над 91 -летней мамой, над несамостоятельными ещё детьми 16 и 18 лет и вдовой предпенсионного возраста. Депутат сказал, что если 100 процентов жителей выскажутся против сноса и за реконструкцию, его можно будет остановить. Но вы знаете — неважно как проголосуют, важно, как посчитают.

Льющиеся непрерывным потоком обещания лучшей жизни затуманивают умы, и эти мутные головы открывают рты, перекрикивают нас на собраниях в управе, в то время как мы пытаемся защитить и их тоже. Переезд даже в соседний дом — огромная травма. Он требует колоссального ресурса времени, средств и энергии.

Реновация убьёт мою свекровь и мою практику, вся жизнь полетит под откос. Мне не нужен переезд в соседний дом, я его не планировала.

Нашей семье принадлежат три квартиры в кирпичных пятиэтажках. В одной живет 91 -летняя бабушка, в другой я с детьми, в третьей, крошечной, 40-метровой, купленной два года назад на деньги, которые мог скопить за 27 лет работы мой муж, в этой квартире, где ещё не закончен ремонт, я веду приём. Реновация убьёт мою свекровь и мою практику, вся жизнь полетит под откос. Мне не нужен переезд в соседний дом, я его не планировала. Мне нужен мой дом, который я могу продать, когда захочу, или пустить корни навеки. Я требую остановить принятие этого отвратительного закона и написать закон о реконструкции, пусть, кто хочет — уезжает, а дом пусть надстраивают, перестраивают, строят в нем коммерческие квартиры. Оставьте нас в покое! Не убивайте мою семью!

Кэри Гуггенбергер, Савеловский район:

Я осознанно потратила много лет, чтобы заработать на квартиру именно в том доме, в котором я живу и чтобы сделать квартиру в том стиле, в каком я хочу. Я купила вторую квартиру поблизости, чтобы переселить свою маму. Мы переехали с Юго-Запада, из бетонного гетто, где жить сейчас невозможно – там аномальная среда. Мы переехали в Савёловский район – это 5- и 9-этажки, и мы все сплотились против застройки в нашем районе.

Я сама была на крыше, была в подвале, я делала капитальный ремонт в квартире – дом великолепный, он ещё 100 лет простоит!

Наш дом 1964 года постройки, 510-я серия, и я как старшая по дому знаю, что по документам износ нашего дома всего 27%. Я сама была на крыше, была в подвале, я делала капитальный ремонт в квартире – дом великолепный, он ещё 100 лет простоит! Сейчас у нас идёт капитальный ремонт дома, и будут менять трубы. Если у кого-то плохая проводка, то это не повод сносить дом, а повод поменять проводку. Нам публично в 2015 году сказали, что наши дома несносимые и ставятся на фонд капитального ремонта. Многие люди в это поверили, купили квартиры специально в этих домах, и сделали в квартирах ремонты. Под нами замечательная земля, стоимость которой нам никто не вернет, у нас зелёный район, много парков.

Самое ценное для меня — это качество дома, само его положение (я отказываюсь переехать даже на 100 метров дальше), кроме того, важно, что это низкоэтажный район (по крайней мере, пока). Ради земли они уничтожат целые кварталы. Я считаю, что никто не имеет право решать за меня, как мне жить. Если меня не устраивала бы моя квартира, а) я бы купила квартиру другом доме. б) Если мне не нравится квартира, я продаю свою квартиру и решаю свой личный вопрос, не ломая жизни соседям.

Идет уничтожение города путем постройки низкокачественного жилья, отвратительного внешнего вида, без инфраструктуры.

Я сбежала из гетто, в который они превратили Юго-Запад города. Идет уничтожение города путем постройки низкокачественного жилья, отвратительного внешнего вида, без инфраструктуры. Снова возвращаться в этот тараканник, который мне навязывают не собираюсь. Положения законопроекта нарушают права гражданина, гарантированные Конституцией РФ: на неприкосновенность жилища; на свободу передвижения и выбора места жительства; на охрану частной собственности; на право на жилище; на благоприятную окружающую среду, а также статьи 36 Жилищного Кодекса РФ и ст 16 закона о приватизации жилья.

Вышеуказанный документ нарушает Конституцию, права собственников квартир, которым предписывает в 60-дневный срок после предложения единственного варианта замены квартиры на новую передать свою собственность городу, но и запрещает обжаловать такой прецедент в суде, что прямо противоречит основным правам человека и международным правовым нормам.

Марина Трушина, Фили

Я коренная москвичка, родилась в районе Пресня, у моего отца там была квартира в блочном доме. В 2000-м году мы решили перевезти бабушку из Новогиреево поближе к нам. Долго выбирали дома — главными критериями были: а) блоки либо кирпич (не панель,так как в ней холодно и соседей слышно). б) зеленый двор в) потолки выше 2.5 метров. Нашли квартиру буквально в 3 минутах от метро Филевский парк — большой зеленый двор, потолки 2.7м и зеленые клены прямо за окном. Милое тихое место — бабушка была в восторге.

Купили эту квартиру и до 2010 в ней проживала бабушка, потом в 2010 она переселилась жить в наш загородным дом, а в уютную квартиру на Филевском Парке переселились мы с мужем. Сделали новый ремонт, обновили мебель и спокойно жили. Муж, как и я, вырос в малоэтажном доме,правда в районе Арбат, и нам здесь очень нравилось. И тут реновация. Зачем сносить хороший блочным дом, у которого срок эксплуатации 120 лет? Мы покупали и выбирали эту квартиру и она нас более чем устраивает. И я и муж и моя бабушка в ужасе от перспективы переезда в панельку (тонкие стены, холодно, узкие подоконники, а уж что говорить о высоте за 20 этажей).

Я не понимаю, почему мои соседи должны улучшать свое жилье за счет того, что нашу квартиру уничтожат.

И тут выясняется,что в доме полно людей, снимающих квартиры по договору социального найма. И они ждут не дождутся, что им выдадут огромные квартиры. Сейчас я пытаюсь донести до жильцов, что квартиры может и будут больше, но только в другом районе, в своем районе остается правило метр в метр по жилой. Я не понимаю, почему мои соседи должны улучшать свое жилье за счет того, что нашу квартиру уничтожат. Нашу собственность,которую мы выбирали, покупали и ремонтировали за свои деньги — для меня это нонсенс.

Дело даже не в том,что я не верю властям. Дело в том, что это предложение меня не интересует. Я хочу жить в блочном малоэтажном доме, в своей квартире на том месте, которое выбрала моя семья. Мне не нужна другая квартира, пусть и в том же районе — я хочу, чтобы не трогали мою.

Ну и если случится такая беда, что дом все-таки пойдет под снос, то скорей всего новая квартира уйдет «на сдачу», а мы с мужем постараемся найти для себя другой вариант жить в малоэтажке.