Купля продажа имущественных прав

Комментарий к статье 454 гражданского кодекса

1. В п. 1 комментируемой статьи дается легальное определение договора купли-продажи как двусторонней сделки. Основными элементами данного определения являются предмет, стороны и содержание договора.
2. В качестве предмета договора называются вещь и определенная денежная сумма, являющаяся ценой данной вещи.
Под вещью понимается материально-телесная субстанция, находящаяся в твердом, жидком или газообразном состоянии, выступающая как товар в гражданском обороте (полной или ограниченной оборотоспособности). К вещам, являющимся предметом договора купли-продажи, относятся как движимые, так и недвижимые вещи. Вещи (товары) являются предметом договора купли-продажи независимо от цели их приобретения покупателем. Ими могут быть как вещи, предназначенные для личного, семейного и домашнего использования, так и вещи, употребляемые в сфере профессиональной и предпринимательской деятельности.
Не исключается возможность отнесения к вещам в договоре купли-продажи и денег при условии, если они выступают в гражданском обороте в качестве обычного товара, продаваемого продавцом, например при продаже юбилейных монет, денежных знаков с целью коллекционирования. Что касается сделок по конвертации валют, например рублей в доллары США и наоборот, то такие сделки следует считать договорами мены, но не договорами купли-продажи.
Деньги, выступающие в качестве мерила (оценки) стоимости вещи, становятся самостоятельным предметом договора купли-продажи наряду с продаваемой вещью. В данном качестве деньги придают договору купли-продажи возмездный характер.
3. Положения п. 1 комментируемой статьи о предмете договора купли-продажи получают дальнейшее развитие в весьма проблематичной норме, содержащейся в п. 4 этой же статьи. Согласно данной норме сфера действия договора купли-продажи помимо вещей распространяется и на имущественные права, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав.
Отнесение имущественных прав к предмету договора купли-продажи с позиции правовых норм, посвященных общим положениям о купле-продаже, вызывает большие, а в ряде случаев и непреодолимые сложности.
В этой связи возникают два взаимосвязанных вопроса: 1) распространяется ли ключевой элемент понятия договора купли-продажи о передаче предмета договора в собственность покупателя на имущественные права и 2) являются ли с точки зрения действующего закона имущественные права объектом права собственности. Как известно, в гражданском законодательстве различаются три категории имущественных прав: вещные права, права на результаты интеллектуальной деятельности (интеллектуальная собственность) и обязательственные права (см. коммент. к ст. 2 ГК).
Вещные права, перечисленные в ст. 216 ГК, существуют параллельно с правом собственности на одну и ту же вещь и поэтому сами по себе не могут быть объектами права собственности. В договоре купли-продажи вещи они могут фигурировать в качестве своеобразного заменителя (эквивалента) права собственности, но не его объекта. При этом речь идет о вещных правах, допускающих возможность продажи вещи в тех случаях, когда не происходит замены собственника. Таковыми являются право хозяйственного ведения и право оперативного управления, которые, кстати, уже были отражены в ранее действовавшем законодательстве о купле-продаже.
Исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности законодателем рассматриваются как интеллектуальная собственность (ст. 128, 138 ГК). Сама постановка вопроса о праве собственности на интеллектуальную собственность противоестественна. Правовое регулирование отношений, связанных с использованием результатов интеллектуальной деятельности, осуществляется специальным законодательством. Положения разд. II первой части ГК о праве собственности и других вещных правах на интеллектуальную собственность не распространяются. Передача имущественных прав, входящих в состав интеллектуальной собственности, от их обладателей к другим лицам производится по договорам, называемым в законе об уступке патента (свидетельства), лицензионным и авторским, но не договором купли-продажи (см. п. 5 ст. 10, ст. 13 Патентного закона, ст. 25 — 27 Закона о товарных знаках, ст. 30 — 34 Закона об авторском праве).
Наконец, нет никаких оснований говорить об имущественных правах обязательственно-правового характера как объектах права собственности. Согласно ст. 388 ГК передача таких прав осуществляется на основе договора об уступке кредитором права требования другому лицу.
По существу, имеется только одна категория имущественных прав, справедливо относимых законом (п. 2 комментируемой статьи) к предмету договора купли-продажи. Это имущественные права, воплощенные в ценных бумагах. Но в этом случае объектом права собственности считаются не сами по себе имущественные права, а ценные бумаги как особая разновидность вещей (ст. 128 ГК).
В целом же сама постановка вопроса об имущественных правах как объектах права собственности неправомерна. По своей юридической сущности и назначению право собственности граждан, юридических лиц, государства и органов местного самоуправления не может распространяться на права требования к другим лицам. Иначе объектом права собственности становятся сами общественные отношения, неотъемлемым элементом содержания которых и являются имущественные права.
Введение имущественных прав в число предметов договора купли-продажи возможно лишь путем превращения соответствующих договоров об уступке имущественных прав в разновидность договора купли-продажи. Разумеется, делать это нужно путем внесения изменений в п. 4 ст. 454 ГК без всякой связи этих прав с переходом права собственности. Другое дело — есть ли смысл идти по данному пути. По нашему мнению, этого делать не следует.
4. В качестве стороны договора купли-продажи (продавца и покупателя) могут выступать все субъекты гражданского права, находящиеся в состоянии установленной законом правоспособности и дееспособности. При этом продавец в качестве общего правила должен быть собственником продаваемой вещи. Исключение составляют случаи, прямо указанные в законе. Продавцом по договору купли-продажи может быть комиссионер (ст. 990 ГК).
5. По своему содержанию договор купли-продажи является двусторонним договором. Каждая сторона имеет права и обязанности: праву одной стороны корреспондирует обязанность другой стороны. В п. 1 комментируемой статьи содержание договора раскрывается через обязанности сторон.
Продавец несет две основные обязанности: по передаче вещи (товара) покупателю и по переносу на покупателя права собственности на продаваемую вещь (товар). При этом если первая обязанность в определении договора, данного в п. 1 комментируемой статьи, обозначена предельно четко, то вторая обязанность не индивидуализирована. В указанном определении говорится лишь о передаче вещи в собственность, но отдельно не обозначена обязанность по перенесению на покупателя права собственности на вещь. Более того, и в других статьях главы о купле-продаже отсутствует правовая норма о данной обязанности продавца, что нельзя считать правильным. В частности, это может неблагоприятно отражаться на решении вопросов, связанных с передачей правоустанавливающих документов на продаваемые вещи и регистрацией на них права собственности, переходом риска при случайной гибели вещи.
У покупателя имеются две основные обязанности: принять вещь (товар) и уплатить за нее определенную сумму (цену).
Помимо основных обязанностей продавца и покупателя в договоре купли-продажи могут предусматриваться и дополнительные обязанности, связанные с информацией, относящейся к положению сторон, предмету, способам исполнения и обеспечения исполнения договора, страхованию, хранению предмета договора (ст. 491 ГК) и т.п. При неисполнении и ненадлежащем исполнении договора у сторон возникают обязанности по возмещению причиненных убытков и уплате санкций.
Права и обязанности сторон конкретизируются в требованиях, предъявляемых к отдельным элементам договора и их детализированным характеристикам (условиям договора). Условия договора устанавливаются сторонами, а в исключительных случаях законами и иными правовыми актами. В договоре купли-продажи во всех его разновидностях должны быть как минимум два существенных условия договора: о вещи (товаре) и цене вещи (товара). При этом если условие о вещи (товаре) устанавливается самими сторонами при заключении договора, то условие о цене вещи (товара) в определенных случаях может определяться на стадии исполнения договора и даже не самими сторонами (см. п. 3 ст. 424 ГК).
В соответствии с п. 1 комментируемой статьи действия продавца и покупателя по исполнению имеющихся у них обязанностей должны совершаться после заключения договора. На этом основании договор купли-продажи признается консенсуальным договором. Вместе с тем ГК допускает заключение и реального договора купли-продажи, при котором исполнение договора производится в момент его заключения, например при покупке товара в розничной торговой сети с открытым доступом покупателей к продаваемым товарам.
6. Купля-продажа ценных бумаг и валютных ценностей как особых разновидностей вещей в гражданском праве (п. 2 комментируемой статьи) имеет значительные особенности. Имеются специальные нормативные акты, регулирующие отношения по купле-продаже данных предметов. Применительно к ценным бумагам это прежде всего Законы о рынке ценных бумаг, о векселе, о валютном регулировании.
Общие положения § 1 о купле-продаже применяются к договорам купли-продажи ценных бумаг и валютных ценностей при условии, что в специальном законодательстве не содержится правовых норм, относящихся к данным договорам. Исходя из специфики предмета, многие нормы § 1, касающиеся условий договора о качестве, количестве и других характеристиках вещи (товара), вообще не могут применяться к купле-продаже ценных бумаг и валютных ценностей. К тому же специальное законодательство более детально и, главное, императивно регулирует отношения по купле-продаже данных объектов.
7. В п. 3 комментируемой статьи предусматриваются два взаимосвязанных между собой нормативных положения.
Первое. Допускается возможность определять законами и иными правовыми актами (указами Президента РФ и постановлениями Правительства РФ) особенности купли-продажи отдельных видов товаров. Соответствующие нормы, содержащиеся в данных законах и иных правовых актах, не должны противоречить общим положениям § 1 о купле-продаже. Они призваны быть лишь средством их конкретизации. В этом состоит отличие данных норм от специальных норм права, относящихся к ценным бумагам и валютным ценностям (п. 2 комментируемой статьи).
Второе. Принятие законов и иных нормативных актов, касающихся особенностей купли-продажи отдельных видов товаров, допускается лишь в случаях, предусмотренных ГК или иным законом. Так, ст. 1 Закона о защите прав потребителей и КоАП предусматривают принятие в соответствии с данным законом федеральных законов и иных правовых актов РФ, относящихся к защите прав потребителей.
В настоящее время имеется ряд правил продажи отдельных видов товаров, связанных с защитой прав потребителей, утвержденных Правительством РФ, например Правила по киновидеообслуживанию населения, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 17.11.94 N 1264 (в ред. от 17.11.2000) . Содержащиеся в них положения, касающиеся прав потребителей, следует считать действующими при условии, что они не противоречат ГК и федеральным законам.
———————————
СЗ РФ. 1994. N 31. Ст. 3282; 2000. N 48. Ст. 4689.

8. В п. 5 комментируемой статьи говорится об отдельных видах договора купли-продажи: розничной купле-продаже, поставке товаров, поставке товаров для государственных нужд, контрактации, энергоснабжении, продаже недвижимости, продаже предприятия. Указанный перечень отдельных видов договора купли-продажи сформулирован в исчерпывающем виде. При этом нормативные положения, содержащиеся в § 2 — 8 гл. 30 об отдельных видах договора купли-продажи, имеют силу специальных правовых норм по отношению к нормам § 1. Введение же специальных норм другими федеральными законами, в том числе ЗК в части земли, в п. 5 комментируемой статьи, не предусмотрено.

§ 1. Продажа имущественных прав. Мена

В соответствии с п. 4 ст. 454 ГК РФ положения § 1 гл. 30 Кодекса относительно купли-продажи «применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания и характера этих прав».

Второй вывод состоит в том, что имущественное право, вполне удовлетворяя характеристикам объекта правоотношения, может выступать в качестве некоего аналога товара в отношениях по купле-продаже.

Отнесение прав к числу объектов продажи далеко не случайно и имеет как историческое, так и теоретическое основание. Корни подобного понимания мы найдем еще в римском праве, которое на поздних этапах своего развития придерживалось весьма широкого понимания объектов продажи, включая в их число и бестелесные вещи, то есть права. Многие иностранные законодательства также прямо называют в числе предметов, которые могут отчуждаться по договору купли-продажи, имущественные права. Так, по праву ФРГ и Японии предметом договора купли-продажи могут быть права требования (§ 433 ГГУ, § 555 ЯГК)277. Гражданский кодекс Франции в рамках купли-продажи (ст. 1689-1695) также регулирует передачу права требования, однако это не означает, что передача требования не может быть произведена в силу другого правового основания278.

Русское дореволюционное право относило к числу возможных объектов купли-продажи исключительно вещи. Поскольку в законодательстве того времени купля-продажа вообще рассматривалась не в качестве договора, а в качестве способа приобретения прав на имущества, а возможность существования прав на права большинством ученых отрицалась, указанный подход вйолне объясним. Но уже в проекте Гражданского уложения содержалось правило о том, что правила о купле-продаже применяются и к отчуждению прав, в том числе к уступке прав (ст. 198). Первый советский Гражданский кодекс, во многом основанный на нормах проекта Гражданского уложения, в ст. 180 в качестве предмета договора купли-продажи называл имущество. Основываясь на значении термина «имущество» как включающего в том числе и права, ученые относили их к возможным объектам продажи279. Кроме того, ст. 202 ГК РСФСР и соответствующие статьи гражданских кодексов других союзных республик прямо предусматривали куплю-продажу долгового требования или другого права. Иными словами, названные статьи устанавливали применение правил ГК о договоре купли-продажи к отношениям по возмездной уступке требований и возмездной передаче других прав. Однако реальное действие этих норм, берущих свое происхождение из текста проекта Гражданского уложения Российской империи, фактически было парализовано вследствие ограничительного толкования закона, что позволяло ученым констатировать: «Случаи продажи права требования современному гражданскому обороту СССР неизвестны»280. Фактически предмет договора купли-продажи выражался исключительно в виде вещей, призванных удовлетворять личные потребности граждан281.

ГК РСФСР 1964 г. в ст. 237 сохранил определение предмета договора купли-продажи как имущества, однако свел понимание этого термина в данном случае исключительно к вещам. Таким образом, права из числа возможных объектов продажи были исключены, и в научной литературе прочно утвердилось мнение о том, что возможными предметами данного договора могут быть только вещи, да и то не все282.

Новый Гражданский кодекс, распространяя нормы купли- продажи также и на случаи отчуждения имущественных прав, по сути лишь продублировал те положения, которые ранее уже содержались в проекте Гражданского уложения.

Заметим, что и судебная практика постепенно начинает воспринимать положения о применимости норм договора купли- продажи к отчуждению обязательственных прав: «Законодатель, регламентируя возможность передачи прав (требований) по сделке, не определил вида договора, по которому эта передача происходит. Поэтому договор купли-продажи может служить основанием передачи прав (требований). В данном случае имеет место возмездная цессия. Кроме того, пунктом 4 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что Общие положения о купле-продаже применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав.

Поэтому вывод, содержащийся в оспариваемых судебных актах в части признания продажи права (требования) противоречащим правовой природе параграфа 1 главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, является ошибочным»283.

Основной проблемой при анализе отношений, возникающих в связи с продажей имущественных прав, является выявление тех норм Кодекса о договоре купли-продажи, которые могут быть применимы к продаже имущественного права. Обозначив эти нормы, мы соответственно определим и базовое правовое регулирование возмездного отчуждения имущественного права в обмен на денежные суммы.

Важно отметить тот факт, что продажа имущественного права обладает рядом специфических особенностей, которые касаются в том числе и юридической характеристики этого договора. ^Если договор купли-продажи в силу самого своего определения подразумевает обязанность продавца передать продаваемую вещь, то при продаже права действий по его передаче не требуется. Как уже было установлено, право переходит к новому обладателю в момент заключения соответствующего договора, лежащего в основе перехода права (если иной момент не определен сторонами), а уведомление должника носит лишь информационный характер и не влияет на момент перехода права.

Значит ли это, что договор продажи права утрачивает свой консенсуальный характер? Думается, нет. Ведь стороны в догово- ре могут оговорить любой срок, когда право считается переданным, а исходя из ст. 455 ГК, если такой договор точно определяет продаваемое право, то он может считаться заключенным, даже если само право к покупателю еще не перешло. Это же положение позволяет безусловно исключить из числа подлежащих применению относительно продажи прав нормы Кодекса, относящиеся к передаче вещи.

Что же касается перечня прав, которые могут быть предметом рассматриваемого договора, то к ним следует отнести обязательственные права требования, а также долю в праве собственности (как исключительный случай). Спорным является вопрос относительно возможности применения правил о купле-продаже к обороту исключительных прав, поскольку специальное законодательство на сегодняшний дець устанавливает особый порядок оформления сделок по их отчуждению (авторский договор и т.д.). С точки зрения унификации права, теоретически к, отчуждению данных прав все же возможно применять нормы о купле-продаже, но этот вопрос, по нашему мнению, требует прямого законодательного решения.

Поскольку предмет договора всегда является его существенным условием, при продаже права требуется точно указать, какое именно право передается по договору. Мы полностью согласимся с высказанным в литературе мнением о том, что для идентификации отчуждаемого права достаточно, как правило, указать кредитора и должника по обязательству, основание возникновения требования, предмет и содержание права требования. При уступке права допустимо указание и на судебное решение, исполнительный лист, подтверждающий соответствующее право284. В любом случае условия договора должны давать основания для четкого и однозначного выделения из всего состава различных субъективных прав, принадлежащих цеденту, тех из них, которые являются предметом уступки.

Перейдем к рассмотрению содержания договора продажи имущественного права, прежде всего права обязательственного.

Первоначально остановимся на обязанностях продавца.

В соответствии с п. 2 ст. 456 ГК РФ продавец обязан передать покупателю документы, относящиеся к предмету договора.

С нашей точки зрения, указанная норма в точности корреспондирует обязанности цедента, установленной п. 2 ст. 385 ГК РФ. Кроме того, норма ст. 456 ГК имеет конкретизирующее значение, поскольку определяет момент передачи соответствующих документов, который приурочен к моменту перехода продаваемого права. Соответственно, при неисполнении продавцом своей обязанности покупатель может воспользоваться правами, предусмотренными ст. 464 Кодекса. Единственная особенность в применении этой статьи, на наш взгляд, заключается в том, что покупатель вправе отказаться не от товара, как это указывается в п. 2 ст. 464 ГК, а от исполнения договора вообще, поскольку отказ от товара при его продаже, как правило, влечет отказ от самого договора.

Определенный интерес вызывает возможность применения к отношениям по продаже имущественного права ст. 460 Кодекса, в ; соответствии с которой продавец обязан передать покупателю J товар, свободный от прав третьих лиц. Говорить о возможности существования прав третьих лиц на продаваемое право практически невозможно в силу уже отмеченной нами критики концепции «право на право». Однако для покупателя имущественного права далеко не маловажной является возможность осуществить приобретенное право, вероятность чего в значительной степени снижается, если, например, продаваемое право уже заложено третьему лицу. В этой связи нам представляется возможным применять положения ст. 460 ГК и относительно продажи имущественного права. При ином решении мы заведомо ухудшаем положение приобретателя права по сравнению, например, с приобретателем вещи, что не может быть признано обоснованным ни с позиции закона, ни с точки зрения науки. Таким образом, на продавце имущественного права лежит обязанность сообщить покупателю права сведения о наличии прав третьих лиц, влияющих на возможность его осуществления. При неисполнении этой обязанности покупатель, не знавший о наличии прав третьих лиц, может воспользоваться правами, предусмотренными абз. 2 п. 1 ст. 460 ГК. ;

На этом перечень норм гл. 30, регулирующих обязанности продавца имущественного права, фактически исчерпывается. Перейдем к рассмотрению обязанностей покупателя.

Во-первых, необходимо признать, что покупатель в данном > случае, по общему правилу, не несет обязанности по принятию , переданного товара, как это формулируется в определении договора купли-продажи и в ст. 484 ГК. Соответственно, основной его обязанностью является оплата покупаемого права по установленной в договоре цене. В соответствии со ст. 485 ГК РФ, если договором не определена цена имущества, она может определяться по правилам п. 3 ст. 424 Кодекса. Вместе с тем определение цены продаваемого права исходя из цен, «которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные товары, работы или услуги», может представлять значительные трудности.

Относительно момента оплаты права представляется возможным руководствоваться правилами ст. 486 Кодекса, в соответствии с которой момент исполнения обязанности оплатить товар приурочен к моменту передачи товара. Если применять данное правило к продаже права, когда договором не определен момент его перехода на покупателя, то момент оплаты товара будет совпадать с моментом заключения договора, что с практической точки зрения порождает некоторые неудобства. Нам представляется в данном случае более целесообразным руководствоваться правилом ст. 314 Кодекса, которая устанавливает разумный срок для исполнения обязанности по оплате, а течение этого срока должно начинаться при указанных условиях в момент заключения договора продажи права.

Нельзя не заметить, что само по себе указание на наличие обязанности покупателя оплатить передаваемое право еще ничего не добавляет к характеристике его обязанностей, поскольку эта обязанность может быть также выведена и из презумпции возмездно- сти гражданских правоотношений, без обращения к специальным нормам о продаже. Более важным является анализ отдельных вариантов исполнения данной обязанности.

В договоре о продаже права может содержаться условие как о предварительной оплате, так и об оплате в кредит, в том числе в рассрочку. К возникающим в таком случае правоотношениям, по нашему мнению, допустимо применять правила ст. 487-489 Кодекса, однако с некоторыми особенностями. Так, в соответствии с п. 2 ст. 387 ГК при неисполнении покупателем обязанности предварительно оплатить товар применяются правила, предусмотренные ст. 328 ГК «Встречное исполнение обязательств». С нашей точки зрения, в данной ситуации особенность применения ст. 328 ГК состоит в том, что в случае неисполнения обязательства по предварительной оплате продаваемого права продавец вправе отказаться от исполнения договора. В случае же, когда предварительная оплата внесена не полностью, Кодекс дает продавцу вещи право приостановить исполнение или отказаться от исполнения^ части, соответствующей непредоставленному исполнению. Применение этого правила относительно продажи имущественных прав вызывает значительные трудности, и нам кажется, что оно по своему характеру не пригодно к регулированию отношений по обороту прав. Поэтому при составлении договоров о продаже права с условием о предварительной оплате можно рекомендовать приурочивать момент перехода права к покупателю к моменту исполнения им обязанности по предварительной оплате, а не к конкретному сроку. Что же касается положений ц. 3 и 4 ст. 487 ГК, то они, как думается, к отношениям по отчуждению имущественных прав неприменимы.

Другая ситуация складывается при продаже права в кредит (п. 1 ст. 488 ГК). Из числа норм, безусловно не подлежащих применению к данному случаю, следует указать на п. 2 ст. 488 ГК.

Иные положения могут быть применены с некоторыми уточнениями. Так, часть 3 указанной статьи предоставляет продавцу право при неисполнении покупателем обязанности по оплате товара потребовать оплаты товара или его возврата. Нам представляется, что право требовать возврата проданного права у продавца отсутствует. Вместе с тем к продаже прав подлежат безусловному применению правила п. 4 и 5 ст. 488 ГК относительно начисления процентов на просроченные суммы и наделения продавца правом залога в отношении перешедшего к покупателю, но не оплаченного им права. Что касается положений ст. 489 ГК, которая регулирует продажу товара в рассрочку, то положения п. 2 данной статьи должны применяться с учетом высказанных ранее соображений, остальные ее предписания для регулирования отношений по отчуждению имущественных прав вполне могут быть использованы.

Приведенный анализ не исчерпывает правовое регулирование отношений по продаже имущественных прав. Значительной спецификой обладает продажа «корпоративных» прав. В частности, в ряде случаев при отчуждении участником юридического лица принадлежащего ему в отношении этого юридического лица права применяется правило преимущественной покупки, то есть устанавливаются дополнительные гарантии для других участников юридического лица либо для самого юридического лица (п. 2 ст. 85, п. 2 ст. 93, п. 2 ст. 97, п. 3 ст. 111 ГК РФ, п. 4 ст. 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»287, п. 3 ст. 7 Федерального закона «Об акционерных обществах», п. 4 ст. 9 Федерального закона «О производственных кооперативах», п. 5 ст. 16 Федерального закона «О сельскохозяйственной кооперации»288).

Одним из договоров, непосредственно связанных с договором купли-продажи, является договор мены. Связанным настолько, что у римлян вопрос об их разграничении вызывал серьезные споры. На сегодняшний день Гражданский кодекс рассматривает мену как самостоятельный договор, одновременно указывая, что к нему применяются правила о купле-продаже, если это не проти- воречит правилам гл. 31 Кодекса и существу мены. Стоит заметить, что наше законодательство не одиноко в подобном подчинении мены правилам о продаже. Так, Германское Гражданское уложение в параграфе 515 содержит норму, согласно которой «в отношении мены соответственно применяются предписания о купле-продаже», которая является единственной в подразделе, посвященном мене289. Ст. 1798 Гражданского кодекса Квебека также распространяет на мену правила относительно договора продажи, которые применяются, если иное не установлено нормами о мене290.

Сходство мены и продажи отмечалось также русскими цивилистами, которые видели основное отличие между этими договорами в том, что по договору мены «вещь обменивается на вещь, а не на деньги, как в купле-продаже»291. В советское время Гражданский кодекс 1922 г. в ст. 206 и 207, а Кодекс 1964 г. в ст. 255 также распространяли на мену правила договора купли-продажи.

В связи с таким значительным проникновением норм о купле- продаже в меновые отношения возникает вопрос, может ли выступать в качестве предмета договора мены имущественное право, иначе говоря, применимы ли положения о договоре мены к отношениям, когда имущественное право передается в обмен не на денежные суммы, а на иной эквивалент в виде вещи, другого права и т.д. В научной литературе на данный счет высказаны совершенно противоположные взгляды. Так, Б.Я. Полонский исключает имущественные права из круга возможных объектов мены: «Закон говорит о том, что предметом договора мены является товар. Учитывая, что к договору мены применяются соответственно правила Ч) купле-продаже, а статьи 454 и 455 ГК отождествляют понятия товара и вещи, можно сделать вывод о том, что и для договора мены эти понятия совпадают»292.

Аналогичной позиции придерживается и В.В. Витрянский, который указывает, что «положения ГК РФ о договоре мены (гл. 31) не включают в себя норму, распространяющую их действие на сделки, по которым стороны взаимно уступают друг друїу имущественные права, аналогичную норме общих положений о договоре купли-продажи (п. 4 ст. 454 ГК РФ). »293.

Иное мнение у И.В. Елисеева, который считает, что «из содержания главы 31 ГК невозможно усмотреть прямого запрета договоров мены имущественных прав. Пункт 2 ст. 567 ГК по вопросам регулирования мены отсылает к правилам о купле-про- даже, если таковые не противоречат ст. 567-571 ГК и существу мены. Эта отсылка относится и к п. 4 ст. 454 ГК, включающему в предмет купли-продажи имущественные права. Сама по себе мена имущественных прав не противоречит природе договора мены, и его заключение следует считать возможным. Отсюда можно сделать вывод и о допустимости мены вещи на имущественное право»294. Возможность использования конструкции мены для оформления оборота обязательственных требований признает и Л.А. Новоселова295.

Последняя точка зрения нам представляется более обоснованной. Если принять как верное мнение о том, что отчуждение имущественных прав взамен на предоставление иное, нежели денежное, не подпадает под действие норм о мене, то мы вынуждены будем признать и тот факт, что «всякая возмездная уступка имущественных прав (цессия) является их продажей»296, между тем как продажа, что отмечается всеми учеными, предполагает наличие именно денежного эквивалента продаваемого имущества. Даже если признать, как это делается высшими судебными органами, что предметом договора мены не могут быть имущественные права297, то в соответствии с п. 2 ст. 421 ГК сторонам предоставлено право заключить любой договор, даже и не предусмот- ренный Гражданским кодексом. Такой договор «не только создает обязательство, но и определяет его содержание, и стороны свободны в формировании условий договора, а значит, и в определении содержания своих прав и обязанностей»298. Очевидно, что такой договор может предусматривать переход имущественного права взамен передачи вещи или иного права. Как указывается в научной литературе, к данного рода «непоименованным» договорам должны применяться «нормы сходного типа договоров»299. И единственным подходящим для реіулирования подобных отношений в нашем случае является договор мены. Таким образом, применение норм гл. 31 ГК относительно оборота имущественных прав представляется нам вполне возможным и допустимым. Естественно, что в силу прямого указания Кодекса к мене имущественных прав применяются уже указанные нами нормы, регулирующие продажу прав. Но нормы Кодекса о договоре мены также будут востребованы. Так, однозначному применению может подлежать правило ст. 568 ГК, согласно которому «товары, подлежащие обмену, предполагаются равноценными». Это означает, что при отсутствии в договоре каких-либо указаний относительно эквивалентности обмениваемого имущества никакие доплаты и т.п. не требуются. В случае же, если договором установлена неравноценность обмениваемого имущества, то в действие вступает п. 2 ст. 568 ГК.

Необходимо, однако, отметить некоторые нормы договора мены, которые к отношениям по обмену имущественных прав не могут применяться. Примером такой нормы выступает ст. 570 Кодекса. Нам представляется, что если в обмен на право передается вещь, то право собственности на нее у приобретателя возникает в соответствии с общими положениями части первой Кодекса, а именно ст. 223 ГК РФ. Если же право меняется на другое право, то в этом случае «речь идет о двойной цессии, которая регулируется нормами ГК РФ об уступке прав требования»3, а также обозначенными нами нормами о договоре мены.

В итоге несмотря на то, что количество норм гл. 31 Кодекса, применимых к регулированию оборота имущественных прав, чрезвычайно мало, тем не менее с теоретических позиций применение этих норм к отношениям оборота имущественных прав вполне оправдано.

Верховный суд искал сходство между договорами купли-продажи и цессии

Верховный суд разбирался, применимы ли к договору уступки права требования (цессии) положения ГК о договоре купли-продажи.

Компания «Директ-Лизинг» и «Волгоградский завод буровой техники» заключили договор, согласно которому последний должен был поставить три мобильных буровых установки. Этого не произошло, и на стороне завода возникло обязательство вернуть аванс. «Директ-Лизинг» уступил право требования аванса «Русскому розыскному бюро», но бюро не оплатило договор цессии. Несмотря на возражения «Директ-Лизинга», бюро уступило право требования Волгоградскому металлургическому комбинату «Красный октябрь». А тот, в свою очередь, заключил аналогичное соглашение с «Торговым Домом Металлургическим заводом «Красный Октябрь». По мере перехода прав требований в рамках банкротного дела завода (№ А12-18544/2015) осуществлялось процессуальное правопреемство организаций.

«Директ-Лизинг» обратился в суд, полагая, что право требования находится у него в залоге в соответствии с п. 5 ст. 488 ГК (дело № А40-172921/2016). Три инстанции указали, что применение к соглашению об уступке положений о нахождении в залоге у продавца товара, проданного в кредит, в рассматриваемом случае невозможно, – это противоречит содержанию и характеру переданных имущественных прав. Кроме того, наличие права залога цедента не вытекает из первоначального соглашения об уступке. Суд в банкротном деле констатировал, что неоплата не является основанием для признания уступки несостоявшейся.

В своей жалобе в Верховный суд компания указала, что уступка имущественных прав и купля-продажа имущественных прав являются идентичными понятиями, а потому к договору цессии должны применяться нормы п. 5 ст. 488 ГК. Также заявитель указывает, что неоплата является существенным нарушением условий договора уступки имущественного права. Последующие цессионарии – комбинат и торговый дом – не могут быть признаны добросовестными, так как были обязаны поинтересоваться о наличии оплаты по первой уступке.

Экономколлегия прислушалась к этим доводам, отменила решения нижестоящих инстанций и направила дело на новое рассмотрение в АСГМ.

Общие сведения о продаже имущественного права

Закон формулирует правила о переходе имущественных прав по сделке от одного субъекта к другому с точки зрения процедуры передачи права. Это, однако, не означает, что при возмездной передаче прав отсутствует продажа этих прав. В соответствии с п. 4 ст. 454 ГК нормы о договоре купли-продажи, по общему правилу, применяются к продаже имущественных прав. Помимо отчуждения прав с согласия правообладателя, все имущественные права могут продаваться с публичных торгов в порядке исполнения судебных решений.
Существует множество разновидностей имущественных оборотоспособных прав, весьма различных по своей правовой природе, в частности:
— обязательственные права;
— имущественные права, заключенные в ценные бумаги;
— корпоративные права;
— исключительные права.

2. Продажа обязательственного права. Это возмездная уступка права (требования) по правилам, предусмотренным § 1 гл. 24 ГК. Условия договора купли-продажи могут быть изложены в соглашении об уступке права.
3. Продажа ценных бумаг. Имущественные права могут быть инкорпорированы в ценную бумагу. В этом случае применяются правила о передаче прав, удостоверенных ценной бумагой (ст. 146 ГК). Главной особенностью является то, что, независимо от способа передачи ценной бумаги, условия договора купли-продажи в текст ценной бумаги никогда не включаются, более того, например, указание на покупку векселя в тексте передаточной надписи делает ничтожным индоссамент (саму сделку по передаче векселя).
В зависимости от типа ценной бумаги различаются и обязанности продавца по передаче прав, удостоверенных бумагой.
Во-первых, в отношении ценных бумаг на предъявителя обязанности продавца считаются исполненными надлежащим образом в момент вручения покупателю ценной бумаги.
Во-вторых, в отношении ордерных ценных бумаг обязанности продавца считаются исполненными надлежащим образом, если покупателю передается ценная бумага в совокупности с правильно оформленным на этой же бумаге индоссаментом.
В-третьих, именные ценные бумаги существуют в двух разновидностях — именные ценные бумаги, владельцы которых учитываются в реестре эмитента (собственно именные ценные бумаги) и именные ценные бумаги, для владельцев которых реестр не ведется (ректа-бумаги). Способы передачи прав по этим разновидностям именных бумаг существенно отличаются.
А. В отношении ректа-бумаги применяется конструкция цессии — обязанности продавца считаются исполненными надлежащим образом, если покупателю передается ценная бумага в совокупности с извещением лица, обязанного по ценной бумаге, об уступке покупателю права требования по этой бумаге. Как правило, извещение об уступке помещается на самой ценной бумаге (для закладной — только на самой закладной).
Б. В отношении собственно именных ценных бумаг применяется конструкция трансферта — обязанности продавца считаются исполненными надлежащим образом в момент, когда он передает покупателю передаточное распоряжение, адресованное реестродержателю эмитента ценных бумаг. По условиям договора купли-продажи на продавца может быть возложена обязанность самому передать передаточное распоряжение реестродержателю и оформить изменения в реестре владельцев ценных бумаг, связанные со сменой владельца. Поскольку в России все собственно именные ценные бумаги являются бездокументарными, обязанность по вручению покупателю бланка ценной бумаги отсутствует.
4. Продажа корпоративных прав. Корпоративные права (права членства в коммерческой организации) могут быть отчуждаемы участниками всех коммерческих организаций, за исключением государственных и муниципальных унитарных предприятий. Корпоративные права являются относительными: они связывают участника и соответствующую коммерческую организацию.
Наибольшее практическое значение имеют случаи перехода корпоративных прав в акционерных обществах и в обществах с ограниченной ответственностью. Отчуждение прав акционера возможно только посредством отчуждения акций. Акции в России существуют только в форме бездокументарных именных ценных бумаг, владельцы которых учитываются в реестре (см. выше п. 3 «Продажа ценных бумаг»). Права участника общества с ограниченной ответственностью определяются долей в уставном капитале общества. Именно эта доля (часть доли) и есть объект гражданского оборота . В соответствии со ст. 21 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» договор купли-продажи доли по общему правилу подлежит нотариальному удостоверению. Никаких особых действий по исполнению договора от продавца доли не требуется: доля переходит к покупателю с момента нотариального удостоверения договора купли-продажи или с момента внесения изменений в Единый государственный реестр юридических лиц в случаях, когда нотариальное удостоверение договора не требуется.
При продаже акций закрытого акционерного общества и доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью третьим лицам у остальных акционеров (участников) и у самого общества есть преимущественное право покупки акций (доли).
5. Продажа исключительного права. Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (часть четвертая ГК) является абсолютным имущественным правом. Общие требования к договору об отчуждении исключительного права установлены ст. 1234 ГК. Подробнее об этом договоре будет рассказано в третьем томе настоящего учебника.