Кто адвокат был у япончика

Кто «заказал» Япончика? Рассказ адвоката Марка Крутера

Расследование убийства известного криминального авторитета Вячеслава Иванькова, по кличке «Япончик», который скончался после покушения в пятницу, 9 октября, остается в центре внимания российских СМИ.

Любопытная статья по этому поводу опубликована сегодня изданием Газета GZT.ru, которое провело собственное расследование. В публикации утверждается, что представители криминального мира нашли и убили киллера, стрелявшего в «Япончика» 28 июля 2009 года, когда тот выходил из ресторана «Тайский слон».

Согласно указанному источнику, покушение на Иванькова совершил бывший воин-«афганец», воспользовавшийся для этого винтовкой Драгунова 1998 года производства (это оружие пропало в одной из армейских частей во время войны в Чечне). Перед смертью киллер рассказал о том, кто «заказал» ему «Япончика», сообщается в статье.

NEWSru.com пишет, что, по одной из версий, Вячеслав Иваньков стал жертвой в результате криминальной войны между группировками воров в законе Аслана Усояна (Дед Хасан) и Тариела Ониани (Таро). Война между кланами началась около двух лет назад. Каждая из противоборствующих сторон пыталась обвинить другую сторону в нарушении воровских традиций и уклада. В ходе этой криминальной войны уже было убито несколько воров в законе. Когда Иваньков был еще жив, по колониям и следственным изоляторам воры в законе запустили письмо, подписанное 34 влиятельными «авторитетами», в котором предписывали низложить Ониани.

Однако Газета GZT.ru отмечает, что в устранении Иванькова мог быть заинтересован и сам Дед Хасан. Есть данные, что Иваньков хотел провести ревизию расходования общероссийского воровского общака, хранителем которого был Дед Хасан. По некоторым данным, Япончик был недоволен тем, что часть средств Усоян хранит у своей гражданской жены, а его родственники свободно пользуются этими деньгами. Якобы именно на эти деньги Дед Хасан купил родственникам трехэтажную квартиру на Тверской улице в Москве, сообщается в статье.

По другой версии, с Вячеславом Иваньковым могли расправиться из-за его вмешательства в строительный бизнес. Некоторое время назад «Япончик» активно занялся в Московской области производством сухих бетонных смесей, из-за чего несколько предпринимателей и их «крыши» понесли многомиллионные убытки, пишет Газета GZT.ru.

Еще одну версию о причинах убийства высказал адвокат «Япончика» Марк Крутер. По его мнению, Иванькова убили из-за Олимпийских игр в Сочи. Иваньков «отдал Игры деду Хасану». «Но грузины взбрыкнули и заявили, что Сочи всегда был их территорией. Слава сказал им: был Сочи вашим, стал нашим. Несколько лет назад возник вопрос, кто из воров будет курировать Сочи-2014. Там же миллиарды. И Слава решил поддержать дедушку Хасана. Его убили из-за Олимпиады в Сочи. Он вообще поддерживал интересы всех людей, всех воров, кто не связан с грузинами. Во всех сферах. Он был против всех этнических группировок», – цитирует адвоката издание Газета GZT.ru.

По словам Крутера, Иваньков был человеком неординарным, «глубоко начитанным, интеллектуальным: читал по 14 часов в сутки». «Мог говорить на любую тему, у него был обширный круг общения, с интеллигентными людьми, каждый из которых попадает в список лучших людей России. Он читал художественную литературу, он занимался самообразованием, потому как в юности ему не пришлось получить достойное образование. Знал зарубежную классику и естественно – российскую. С ним было прекрасно общаться», – вспоминает адвокат Марк Крутер.

В криминальном мире, по словам адвоката, он «прекрасно вел диалог, умел договариваться». «Практически все его решения были жизненными и обжалованию не подлежали. Он умел решать вопросы без крови и оружия, когда были какие-то споры среди конфликтующих сторон», – утверждает Крутер.

Воровской кодекс Иваньков чтил строго, подчеркивает адвокат. По словам Крутера, «Япончик» «активно боролся с грузинскими ворами, лаврушниками, как он их называл». «Он всегда ужасался: посидел полгода в тюрьме и стал вором в законе. Цена вора в законе была полмиллиона – миллион долларов США. Он всегда говорил им: какой ты вор, да ты и нар еще почувствовать не успел. Он их гонял. И те затаили обиду на него. От них и пришла угроза», – считает адвокат.

По версии адвоката Крутера, в одной из тюрем у «Япончика» случилась поножовщина с грузинскими ворами, и ему решили отомстить. Так как стреляли в промежность, явно не просто убить хотели, а «опустить», чтобы помучился. Крутер уверен, что «Япончика» «заказал» Тариел Ониани.

Адвокаты Япончика взялись полностью реабилитировать клиента

Изменить свою стратегию решила защита Вячеслава Иванькова, более известного как криминальный авторитет Япончик. Как пояснили ежедневной газете «Известия» адвокаты Иванькова, они намерены добиться полной реабилитации подзащитного. Именно поэтому они и отозвали две жалобы (на продление срока пребывания под стражей и на отказ прекратить дело по истечении срока давности), направленные ранее в Верховный суд России.

Иваньков попал в поле зрения милиции еще в середине 70-х годов. Он был неоднократно судим за разбой. По версии следствия, в 1992 году в ресторане «Фидан» в Москве он расстрелял трех турецких коммерсантов, с которыми у него вышел конфликт. Двое погибли, Иваньков пустился в бега.

В 1995 году он был арестован ФБР в Нью-Йорке за вымогательство 3,5 миллиона долларов с владельцев инвестиционной компании «Саммит интернешнл» и приговорен к 9 годам и 7 месяцам заключения. В 2004 году по запросу Генпрокуратуры он был экстрадирован в Россию, где ему уже заочно предъявили обвинение в убийстве граждан Турции.

Как пояснил адвокат Юрий Ракитин, отозвать жалобы защита Иванькова решила в связи с тем, что их подзащитного будут судить судом присяжных. «Мы посовещались с моим клиентом и пришли к выводу, что неплохо бы все же послушать дело по существу. На наш взгляд, вина Вячеслава Иванькова не доказана, и мы надеемся, что сможем убедить присяжных в его непричастности к этому преступлению», — пояснил адвокат.

Если присяжные признают Япончика виновным, суд, вероятнее всего, освободит его от отбывания наказания в связи с истечением срока давности. А если присяжные оправдают Иванькова, он выйдет на свободу полностью реабилитированным и сможет даже требовать компенсации от государства за незаконное уголовное преследование.

У Япончика появились нежелательные адвокаты

У Вячеслава Иванькова, известного в России как Япончик, стало одной головной болью больше. Не так давно он был депортирован из США и содержится в «Матросской Тишине» по обвинению в убийстве. Но, кроме забот, касающихся его уголовного преследования, ему приходится отбиваться от людей, пытающихся навязать ему свою защиту. Эти люди — некий Юрий Падалко, член общества под названием «Земство», и адвокат Петр Домбровицкий — уже стали наваждением и для защиты, и для следователей. Потому что не верят в то, что Япончик может не хотеть, чтобы они его защищали. В среду в Москве они даже провели по этому поводу пресс-конференцию.

Инициатором дополнительных мер по защите Вячеслава Иванькова стал Юрий Падалко. По его словам, в 1991 году он уже помогал Иванькову, когда того пытались перевести из тюрьмы города Тулун в тюрьму в Узбекистане. После этого член «Земства» долго боролся с системой, в том числе и в Институте судебной психиатрии имени Сербского. Теперь Падалко считает, что в 1991 году спас Иванькову жизнь, а потому не может оставить его без помощи и ныне, в столь тяжелый для Япончика момент. В июле Падалко заключил с адвокатом Петром Домбровицким договор на защиту Вячеслава Иванькова. С тех пор эта пара стала для самого Иванькова, его защиты и даже следствия наваждением. Падалко и Домбровицкий, по их собственным заявлениям, основывались на части первой статьи УПК, которая гласит, что адвоката подследственному может пригласить и постороннее лицо — по поручению и с согласия обвиняемого. Вот этого-то согласия уже два месяца и добиваются добровольные помощники.

Для начала Домбровицкий обратился к следователю Сергею Мисюре, который ведет дело Иванькова, с ходатайством о встрече с «подзащитным». Одновременно Падалко попросил передать Иванькову письмо с предложением о защите. Следователь очень удивился, отказал и посоветовал просто отправить письмо в СИЗО. Туда же он посоветовал обратиться с просьбой о свидании. Тогда новоявленный защитник направили следователю новое ходатайство, указав, что, поскольку он адвокат, ему нужно не просто свидание, а встреча с подзащитным.

Сергей Мисюра в ходатайстве снова отказал — причем на основании заявления самого Вячеслава Иванькова о том, что его адвокатов ему вполне достаточно. Следователь посоветовал Домбровицкому впредь с такими вопросами обращаться к адвокату Юрию Ракитину, представляющему интересы Иванькова. Падалко с Ракитиным встретился, вручил ему письмо для Иванькова и вообще потребовал сотрудничества. Адвокат Иванькова поблагодарил, но вежливо отказал.

Однако останавливаться на этом Домбровицкий и Падалко не собирались. Они тут же обвинили адвоката Ракитина в невыполнении своего профессионального долга. Он, дескать, должен использовать все возможности для защиты клиента, а он пренебрегает такой великолепной возможностью, как адвокат Домбровицкий. Письмо об этом Падалко отправил председателю Московской палаты адвокатов Генри Резнику. В прокуратуру Москвы было направлено заявление, в котором Падалко потребовал возбудить в отношении Ракитина уголовное дело по фактам воспрепятствования предварительному расследованию, организации преступного сообщества и злоупотребления полномочиями.

Юрий Падалко встретился даже с человеком, представившимся ближайшим помощником Иванькова Сергеем Хазаровым. Разговор ничем хорошим для Падалко не кончился — он теперь даже хочет писать в прокуратуру заявление об угрозах. Разговаривал он по телефону и с другим человеком, представившимся сыном Иванькова Геннадием, который тоже остался, мягко говоря, не в восторге от всей этой затеи. Но и адвокат Домбровицкий, и его наниматель склонны считать все это провокациями, организованными спецслужбами.

— Отказы Вячеслава Иванькова, о которых говорят следователь и адвокат, сфабрикованы. Мы никогда в это не поверим, пока не встретимся с подзащитным лично, — заявил Юрий Падалко на пресс-конференции. — Ракитин вообще сотрудник ФСБ. И они лишают Иванькова добровольного выбора адвоката. А Вячеслав Иваньков — честнейший человек. Мы представляем для следствия угрозу, и они это понимают. Потому что мы можем развалить это дело. Мы знаем, как его надо защищать.

Несмотря на это, Юрий Ракитин неприязни к Падалко не выказал.

— Этот человек, скажем так, несколько странный, — заявил «Известиям» Юрий Ракитин. — Он действительно в числе других помогал Вячеславу Кирилловичу в начале девяностых, но мой доверитель лично его не помнит. Я с ним встретился, выслушал его и понял, что к процессу его допускать, конечно, нельзя. Знания у него есть, но применить он их не умеет. Он строит какие-то сценарии — один невероятнее другого. Я познакомил Падалко с родственниками Вячеслава Кирилловича, поскольку именно им мой подзащитный доверил подбор адвокатов. Но и они пришли к такому же выводу. Однако Падалко ничему не верит и настаивает, что хочет услышать отказ лично.

Бывший адвокат «вора в законе» Япончика будет защищать интересы арестованного мэра Махачкалы

Махачкала, 2 июня 2013, 20:25 — REGNUM Защищать арестованного мэра Махачкалы Саида Амирова будет бывший адвокат «вора в законе» Япончика (Вячеслава Иванькова) Марк Крутер.

Юрист уже потребовал, чтобы его новому подзащитному изменили меру пресечения по состоянию здоровья: у него тяжелый диабет, а после одного из покушений Амиров прикован к инвалидной коляске.

Суд, в свою очередь, решил, что, оставшись под домашним арестом, махачкалинский мэр сможет повлиять на расследование или уничтожить улики, и оставил его в камере на два месяца, пообещав всю необходимую медпомощь.

Как сообщало ранее, Амиров был арестован по подозрению в организации убийства сотрудника СК РФ Арсена Гаджибекова в декабре 2011 года.

Вместе с Амировым в Москву были этапированы несколько его предполагаемых сообщников, среди которых бывший помощник прокурора Кизляра, двое его охранников, следователь дагестанского МВД , предполагаемый боевик и заммэра Каспийска Юсуп Джапаров.

Свидетельства о регистрации СМИ:

Эл № ФС77-55029 от 14 августа 2013 года, выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор),
ИА № ФС77-51367 от 23 ноября 2012 года, выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).

Настоящий ресурс содержит материалы 18+.

При цитировании информации гиперссылка на ИА REGNUM обязательна.
Использование материалов ИА REGNUM в коммерческих целях без письменного разрешения агентства не допускается.

Полная биография Япончика

Вор в законе Япончик

Вор в законе Вячеслав Кириллович Иваньков родился в Москве 2 января 1940 года. Ранее проживал по адресу: Новоясеневский проспект, дом 22, корпус 3, кв. 382. Уголовные клички: Япончик , Японец, он же Дед, он же Ассирийский зять.

Ранее Иваньков был неоднократно судим: в 1974 году по ст. 196 ч. 2.3 УК РСФСР; в 1976 году по ст. 145 ч. 2, ст. 191 ч. 2 УК РСФСР с направлением на принудительное лечение в психиатрическую больницу тюремного типа в Смоленске; в 1982 году по ст. 146 ч. 2 п. а, б; ст. 218 ч. 1; ст. 196 ч. 1 УК РСФСР на 14 лет лишения свободы с отбытием наказания в колонии усиленного режима. Уже в колонии был осужден в 1986 году по ст. 193 ч. 2 УК РСФСР и в 1988 году по ст. 110 УК РСФСР.

Статьи в Уголовном кодексе обозначают следующее. Иваньков был судим за использование заведомо подложного документа; грабеж, соединенный с насилием; посягательство на жизнь сотрудника милиции; разбой с применением оружия, совершенный по предварительному сговору с группой лиц; незаконное ношение оружия; угрозу насилием в отношении гражданина, выполняющего общественный долг; умышленное тяжкое телесное повреждение.

В 1991 году Верховный Суд смягчил приговор, и в ноябре этого же года Иваньков вышел на свободу досрочно.

В марте 1992 года отбыл в США. 8 июня 1995 года в Нью-Йорке Иваньков и еще несколько человек были арестованы ФБР по обвинению в вымогательстве 3,5 миллиона долларов у двух россиян, проживающих в Америке. В 1997 году Япончик был осужден на 9 лет и 7 месяцев лишения свободы.

13 июля этого года после окончания срока под конвоем был доставлен в Москву, в СИЗО «Матросская тишина».

________________________________________
Сенсационное предсмертное письмо полковника милиции, в котором он признается, что задания посадить Япончика получал «сверху» и на него всегда давили, проливает новый свет на жизнь самого известного российского « вора в законе ». Виктор Гаврилович Рудь в 70-е годы возглавлял 7-е управление ГУВД Мосгорисполкома. Он умер совсем недавно. Перед смертью решил, как он пишет, покаяться, потому что не мог жить с таким грехом.

С этим письмом меня познакомил близкий друг Вячеслава Иванькова бизнесмен Сергей Хазаров. Он гражданин Германии, но много времени проводит в Москве. «Ко мне просто косяком идут милицейские генералы, которые раньше сажали Славу, а теперь хотят его защищать, – рассказывает Сергей Никитович. – Но я им не верю: раньше они за него получали «звездочки», а теперь, видимо, хотят денег. Полковнику же, написавшему письмо, верю – перед лицом смерти не лгут».

Хозяин «образцового города»

Вячеслав Кириллович Иваньковлегенда криминального мира , о жизни которого, казалось бы, известно все. И тем не менее в историях о нем больше мифов, чем правды. Даже его кличка Япончик и ее происхождение искажены. С самого начала он был известен как Японец (так его прозвали за специфический разрез глаз), и уж затем по аналогии со знаменитым Мишкой Япончиком Иванькова тоже начали называть Япончиком.

Сам он считает, что именно СМИ, которые называет СМО (средства массового оболванивания), испортили ему жизнь. Но если бы не СМИ, не было бы такой вселенской славы.

Отделить мифы от реальности в жизни Иванькова непросто. Когда его осудили почти на 10 лет лишения свободы в США и эти годы казались вечностью, множество бывших сотрудников милиции начали рассказывать о том, что именно они в свое время арестовывали всесильного Япончика. Со временем их становилось все больше и больше, и некоторым образом это напоминало братство старых большевиков, которые вместе с Лениным несли бревно. Те, кто действительно «работал» по Иванькову, публичных комментариев не дают, имен своих не афишируют. Но мне со многими приходилось общаться, видеть подлинные документы. Крайне осторожно ведет себя и окружение Вячеслава Кирилловича. Тем любопытнее информация, поступившая от близких ему людей. Хотя их оценки всегда грешат субъективностью.

– Мы знакомы с Вячеславом с 29 сентября 1970 года, – рассказывает Сергей Хазаров. – Я работал в армянской бригаде по строительству дорог. Познакомил нас дядя, модельер обуви. Он сказал: «Есть такой парень – добрый, широкий, в застолье как кавказец». Мы подружились. И так получилось, что я присутствовал лично почти при всех инцидентах, которые перерастали в уголовные дела. Вы помните эту историю с дракой в ресторане «Русь»?

Март 1974 года. Иваньков, Хазаров, их знакомый Асаф Сосунов и армянский « вор в законе » Гайк Геворкян, более известный как Гога Ереванский или Гога Унжлагский (был застрелен в подъезде своего дома весной 1994 года), приехали в подмосковный ресторан «Русь». Это был тогда единственный работавший всю ночь ресторан, и его очень любили состоятельные гости, в том числе иностранцы, снимавшие валютных проституток, а также золотая молодежь – частенько сюда заезжала Галина Брежнева.

Компания Иванькова подъехала ближе к полуночи. Через несколько часов вспыхнула ссора с посетителями за соседним столиком. Там гуляли: Витольд Герник, шесть раз судимый и имевший такую же кличку, как и известный «законник» Геннадий Корьков, – Монгол, Гога Дгебуадзе, он же Гога Тбилисский, и еще несколько грузинских бандитов. Свара началась из-за того, что Дгебуадзе настойчиво приглашал на танец женщину, с которой уже танцевал Иваньков. Та отказывалась, но нахальный Гога воткнул ей в прическу скрученную как шпилька сторублевую купюру. Началась драка – совершенно как в ковбойских фильмах, с использованием подручных предметов и мебели. Кто-то ударил Иванькова бутылкой по голове. Тогда Асаф Сосунов выхватил пистолет и всадил две пули в Дгебуадзе. Герник – Монгол ударом кресла выбил пистолет из рук Асафа. Пистолет подобрал официант, поэтому позже, во время следствия, найти оружие не удалось. «Голос Америки» на следующий день передал сенсационное сообщение о «перестрелке русских гангстеров» – для 1974 года это была суперсенсация, которую тут же опровергла наша официальная пропаганда. Участников перестрелки, всех, кроме Асафа, вскоре задержали. Через некоторое время арестовали и находившегося в розыске Сосунова. Любопытно, что операцией по задержанию подручного Иванькова руководил муровец Михаил Шестопалов: выйдя на пенсию, он возглавил службу безопасности ЮКОСа. Спустя много лет Вячеслав Иваньков занял камеру в «Матросской тишине», в которой до него сидел шеф Шестопалова – Михаил Ходорковский. Для Япончика освободили лучшую в СИЗО камеру, а опальный олигарх сидит через стенку.

Боевик в ресторане «Русь» наделал много шума, и неудивительно, что в ГУВД Мосгорисполкома пришел негласный приказ – «упаковать» Иванькова.

Работа МУРа началась. Правда, за участие в драке Гога Ереванский попал не в тюрьму, а в «психушку» – он был признан невменяемым; Герник получил два года. Раненный Дгебуадзе остался жив и претензий к компании Япончика не имел, поэтому Асафу Сосунову и Иванькову не удалось вменить статью об особо злостном хулиганстве (по старому УК РСФСР участники перестрелок привлекались лишь по статье 206 ч. 3).

Но у Иванькова при задержании нашли поддельные документы – паспорт и водительские права. Естественно, ему вменили хранение фальшивых документов. 18 ноября 1974 года он был осужден как раз на столько, сколько отсидел во время следствия, – 7 месяцев и 15 дней лишения свободы.

К тому времени Иваньков находился под пристальным вниманием оперативников МУРа. Говорят, что после всех своих приключений он заявил: «В этом городе не МУР хозяин, а я». Но сотрудники, «работавшие» по эпизоду стрельбы в ресторане «Русь», уверяют: больше их разозлило то, как Япончик избежал солидного срока, подкупив следователя, прекратившего эпизод по стрельбе. Хотя уже до случая в ресторане Япончик находился в поле зрения оперативников. Агентурное дело (так до 1985 года назывались дела основного оперативного учета), заведенное на него в МУРе, имело характерное название «Наглец».

Иваньков был известен милиции благодаря еще более ранним «подвигам», а главное, тем, как виртуозно уходил от ответственности. В МУРе знали, что одна его любовница по имени Света частенько хвасталась связями в юридических сферах, а связи эти она приобрела через отца, преподавателя МГУ, который, по ее словам, «учил многих прокуроров». В Звездном городке жила другая любовница – доктор медицинских наук, работавшая в кремлевской клинике. Еще одной подруге – врачу Евгении Животовой, уже позже, в 1981 году, устроившей любимому убедительное алиби, – роман с ним стоил дорого. За то, что она, заместитель главного врача, поместила Иванькова в клинику нервных болезней имени Сеченова, ее судили за пособничество и приговорили к исправработам. Парадокс заключался в том, что эпизод, в котором Евгения оказала пособничество, следствию доказать так и не удалось. Иванькову вменялся налет на квартиру свердловского цеховика Айсора Тарланова. Ограбленный Тарланов был не в ладу с законом и очень боялся УБХСС (Управления по борьбе с хищениями социалистической собственности). Поэтому от всех претензий к Иванькову он отказался.

Сергей Хазаров стал участником еще одной перестрелки – на этот раз в центре Москвы, у Театра Советской Армии. Шуму она наделала не меньше, чем стрельба в подмосковном ресторане. Пытаясь задержать машину Иванькова, сотрудники милиции выпустили 11 пуль. За этим удивительным зрелищем с интересом наблюдала военно-правительственная делегация Румынии. Румыны как раз выходили из театра в сопровождении министра обороны маршала Гречко. Охрана была шокирована и не знала, что предпринять.

Подробности этой истории в свое время поведал ее основной фигурант – некий Михаил Глиоза. В 1973 году в пивбаре на Колхозной площади он познакомился с тогдашней легендой криминальной Москвы – Калиной Никифоровой. Она работала директором этого пивбара. Бывшие муровцы уверяют, что именно Каля – мозг и идеолог многих хитроумных преступлений тех лет.

Каля попросила Михаила Глиозу помочь ей приобрести «Волгу». Она знала, что тот был женат на дочери первого замминистра торговли Георгия Петрова. Никифорова пояснила, что машина не для нее, а для ее знакомого, Славы Япончика . Кто это такой, Глиоза тогда не знал. Он уверяет, что передал деньги – 2,5 тысячи рублей – одному из референтов министра, но тот вскоре ушел с должности и выполнить просьбу не смог. По версии Глиозы, он возвратил деньги Никифоровой. Хазаров же, которому я напомнила этот эпизод, говорит, что тот просто прикарманил деньги. Когда Глиоза в июне 1975 года встретился с Иваньковым, тот потребовал вернуть долг. Вот как описывает этот эпизод Глиоза. «Ты должен мне пять штук. Ты отдашь их мне завтра у Театра Советской Армии в 10 часов вечера. А пока я заберу у тебя машину», – якобы заявил ему Иваньков.

Надо заметить, что у Глиозы был броский номер – 00-01 МОФ (с такими номерами ездил лишь начальник ГУВД Москвы) и спецталон, в котором указано, что этот автомобиль и люди, находившиеся в нем, досмотру не подлежат. Спецталон Иваньков тоже забрал. Естественно, у Глиозы водились знакомые и в ГАИ, где помогли получить такой удивительный номер. Они тут же отправили Глиозу в МУР. Когда тот опознал на фотографии в альбоме своего «обидчика», один из оперов сказал: «Это Японец, мы охотимся на него с 1971 года».

Была разработана операция по задержанию «наглеца». Глиоза был нужен как приманка. Потерпевший должен был сказать Иванькову, что привез долг, и дать знак «на задержание», пригладив рукой волосы. Когда машина Глиозы, за рулем которой сидел Иваньков, поравнялась с ним, Иваньков приказал ему сесть и тут же сорвался с места. У потерпевшего уже не было времени приглаживать волосы, да и сама операция висела на волоске. Тогда наперерез машине Иванькова бросились сидевшие в засаде опера, открывшие огонь.

Пассажиры расстрелянной «Волги» скрылись. В шоке были все – прокуратура, КГБ. Власти даже решили, что стрельба – это провокация американских спецслужб. А тем временем друзья Иванькова отправили четыре письма – Л.И.Брежневу, А.Н.Косыгину, Ю.В.Андропову и Н.А.Щелокову. Они сообщали, что стрелял не Иваньков, а милиционеры. Когда Япончика все же арестовали, Глиоза изменил показания и сказал, что он действительно должен был вернуть деньги, которые Япончику по каким-то причинам не отдала Каля Никифорова, осужденная к этому времени за валютные операции.

Иваньков же к этому времени уже становился легендой уголовного мира . Он пользовался авторитетом и в среде профессиональных воров. Но уголовному розыску так и не удавалось получить заявления потерпевших. И вот в 1981 году такой человек нашелся. Это был филателист Аркадий Нисензон. Вот его показания из уголовного дела Иванькова, по которому он получил 14 лет.

«…Мы вошли в квартиру… При мне была сумка черного цвета, в которой находился каталог марок. Примерно через 15 минут раздался звонок в дверь. Ева пошла открывать… Вошли двое мужчин, фамилии которых, как я узнал позже, Иваньков и Быков. Иваньков сказал Алику и Еве, чтобы они не волновались: им нужен только я. После чего Иваньков подошел ко мне и сказал: «Я тебя давно ищу. Я Япончик…» Он начал угрожать мне убийством и потребовал деньги в сумме 60 000 рублей. Я сказал, что никому ничего не должен. Тот оскорбил меня, сказал, что я должен 60 000 за иконы и 40 000 за то, что не признаюсь в краже».

Аркадий Нисензон коллекционировал не только иконы и марки. Он баловался валютой. И у него был подельник – Марк Володарский, который и обратился потом к Иванькову. Однажды Нисензон пригласил Володарского в ресторан «Теплый Стан». Володарский захватил партию икон, которую кому-то собирался показать после встречи с Нисензоном. Когда Володарский собрался уезжать, он обнаружил, что багажник его машины взломан, а иконы исчезли. Он тут же обвинил в краже Нисензона. И хотя тот уверял, что он ни при чем, Володарский через свои связи обратился к Японцу. На «конспиративную» квартиру Нисензона под каким-то предлогом привела все та же Каля Никифорова.

Возможно, Нисензон и не написал бы заявление в милицию, но в МУРе уже знали от агентуры об этой истории, а сам коллекционер тоже находился не в ладах с законом (спекуляция валютой в 1981 году – это серьезно). Кроме того, Нисензон дорожил своим местом администратора в кафе «Красный мак» в Столешниковом переулке и при такой должности не хотел ссориться с милицией.

Началась беспрецедентная операция – Иванькова с сообщниками решили брать одновременно. Время «Ч» было назначено на 14 мая 1981 года. Напомню, что муровцы во что бы то ни стало хотели добраться до «наглеца» и плотно «вели» его, имея информацию о всех встречах. Поводом для встречи в одном из домов на Самотеке послужила жалоба московского картежника по кличке Лохматый, который обратился к Иванькову с просьбой вернуть долг киевского «каталы» – 28 000 рублей. Вячеслав Кириллович тут же позвонил в Киев: «Говорит Японец. Жду с деньгами 13 мая в 18.00 в «айсоровском доме». (В этом доме жили ассирийцы и держали там «катран».) Киевский «катала», не посмев ослушаться, приехал на карточный притон и отдал Япончику 1000 долларов и большую партию фионитов. Начальство с Петровки, 38, торопило сыщиков, наблюдавших эту картину из дома напротив: «Нужно брать немедленно». Но те настояли на одновременном ударе.

14 мая весь оперсостав МУРа работал по Японцу и его связям. Было проведено более 200 обысков. «Наружка» дежурила у дома Иванькова на Планерной. В 8.30 сыщики, сидевшие в засаде, увидели, как Иваньков звонит кому-то из телефона-автомата, а потом пулей несется к своей машине: явно имела место утечка информации. Через секунду он садится в машину и вместе с женой, уже ждавшей его с другой стороны дома, мчится к шоссе. Далее – погоня, как в гангстерском боевике. Участник этой погони Иван Бирюков рассказывал мне, как он, выскочив из милицейской машины, на ходу всадил в автвомобиль Иванькова две пули из ПСМ. Милицейский фотограф запечатлел этот момент: Иван с пистолетом в руке бежит к машине Япончика

Защищал Иванькова уже тогда очень известный адвокат Генрих Падва. В кассационной инстанции ему удалось исключить из обвинения ст. 218 ч. 1 УК РСФСР (незаконное хранение огнестрельного оружия). По остальным статьям Иваньков получил 14 лет лишения свободы в колонии усиленного режима.

Так закончилась московская эпопея «крестного отца».

Тюрьма добавляет в «послужной» список Япончика еще две судимости. Обе связаны с его попытками силой выяснить отношения с представителем ее администрации и обидчиком-зэком.

В начале 1990 года его жена Лидия Айвазовна обращается с просьбой о помиловании мужа к народному депутату СССР Святославу Федорову. Последний никогда не отрицал своей роли в судьбе Иванькова. Помиловать его не помиловали, но освободили досрочно.

В марте 1992 года Вячеслав Кириллович уехал в США по своему заграничному паспорту. Он прибыл в Америку как директор кинофильма студии «12А», которой руководил Ролан Быков. Позже сыщики обнаружили расписку о выдаче Вячеславу Иванькову суточных в размере 300 долларов с его автографом.

Узнав об отъезде, в Главном управлении по борьбе с оргпреступностью (ГУБОП) МВД РФ стали выяснять, как можно было получить загранпаспорт по справке об освобождении. Но оказалось, что Иваньков прописался в Веселовском районе Ростовской области. На учет, как раньше полагалось всем рецидивистам, не встал. Если «поднадзорник» не является, милиция обязана возбудить уголовное дело. Но в местном отделении милиции делать это отказались, мол, «очередной висяк». С таким решением согласились сначала в городской прокуратуре, а затем в Генеральной. Первый заместитель Генпрокурора Евгений Лисов, тогда целиком и полностью поглощенный делом ГКЧП, нашел время поучаствовать в спорном вопросе. Вскоре статью 198 УК РФ вообще отменяют. Сотрудники ГУБОП МВД РФ едут в Тулун, получают материалы по Иванькову и направляют данные о нем в ФБР. К этому времени Японец стал знаменит уже в США. И не только по российской прессе. Известный американский писатель Роберт Мур сделает его главным героем своего нового романа.

Одно только имя Иванькова помогло Вилли Токареву решить проблему с итальянской мафией в США. Он рассказал мне, как после триумфального успеха в ночном клубе «Одесса», что на Брайтон-Бич, в его доме раздался звонок. Мужской голос на итальянском (было понятно, что это родной язык звонившего), а затем на английском потребовал от певца денег, уточнив, что это не шутки. Ребята на Брайтоне посоветовали позвонить Славе. «Тогда я лично не знал Вячеслава Кирилловича, – говорит Токарев. – Но в клубе мне всегда передавали от него привет – оказывается, мы еще в Москве сфотографировались во время моего концерта. Я понял, кто это. Когда вновь дома раздался звонок, я просто сказал, что позвоню Славе. Этого было достаточно – больше меня не беспокоили…»

Весной 1994 года глава КБ «Чара» Владимир Рачук вложил 2,7 млн. долларов в компанию «Саммит интернейшнл». В августе у «Чары» начались финансовые сложности, и Рачук предупредил хозяев этой фирмы Александра Волкова и Владимира Волошина, живших тогда в Нью-Йорке, что за деньгами к ним приедет человек по имени Олег. В ноябре Рачук скончался при загадочных обстоятельствах, официальная версия – самоубийство. Банк «Чара» лопнул, и в нем сгинули сбережения вкладчиков. В Нью-Йорк тем временем приехали некие Рустам Садыков, Максим Коростышевский и Владимир Топко. Как сказано в заявлении на суде, данном под присягой агентом ФБР Лестером Макналти, «они начали вымогать несколько миллионов долларов у Волкова и Волошина… от имени Вячеслава Кирилловича Иванькова, более известного как Япончик». Ранним утром 8 июня 1995 года прошли аресты. Среди задержанных оказался и Сергей Хазаров. Убедившись в его непричастности, Хазарова отпустили. «К Славе обратились помочь вернуть деньги вкладчиков «Чары», он пострадал, а негодяи опять на свободе» – так прокомментировал этот процесс Хазаров. Адвокаты Иванькова говорили примерно то же самое, что и Генрих Падва 15 лет назад в Люблинском суде Москвы.

Присяжные нью-йоркского суда в рассказы о Робин Гуде для пенсионеров не поверили. Вердикт гласил: виновен.

В апреле 2000 года прокуратура Москвы заочно предъявила обвинение Вячеславу Иванькову по ст. 102 УК РСФСР (убийство двух или более лиц). Речь идет об убийстве граждан Турции в московском кафе «Фидан» в январе 1992 года. По версии следствия, Япончику и отдыхавшему с ним вору в законе Вячеславу Сливе не понравилось, что гардеробщик первыми обслужил турок, и после словесной перепалки Япончик якобы расстрелял троих оппонентов. Двое из них скончались, а третий получил ранение. Задержать тогда никого не смогли и только спустя 8 лет вдруг выяснили причастность нашего американского узника. К этому времени умер один из свидетелей (гардеробщик), а выживший турок возвращаться в Москву не собирается.

В Мосгорпрокуратуре это дело не комментируют. Но, как сказал мне знакомый следователь, «это все затеи Генеральной прокуратуры, у нас своих дел полно – взрывы в метро, у гостиницы «Националь», бандиты, убийцы, маньяки. Мы всегда работали честно и «заказов» не выполняли».

«Кремлевский след»

Кому же было выгодно сделать «заказ»? Когда я разговаривала весной этого года в Нью-Йорке с агентом ФБР Майклом Макколом, он сказал, что на родине у Иванькова – не только влиятельные друзья, но и влиятельные враги.

Кто они? Одна из легенд, что к делу Иванькова приложил руку «всесильный КГБ». Версия могла родиться после того, как выяснилось: документы на выезд Иванькова за границу оформлялись в консульском управлении МИД РСФСР фирмой «Приоритет». Как только он получил паспорт, СП с таким названием перестало существовать. Всплыла информация, что за ней стояли бывшие сотрудники КГБ. Но именно в это время в консульском управлении орудовала шайка, которая за взятки делала дипломатические паспорта всем мафиози. Говорили, что за «Чарой» также стоят бывшие сотрудники КГБ, ставшие учредителями фирм, образовавших этот коммерческий банк. Сотрудники ГУБОП беседовали с одним офицером КГБ из действующего резерва, имевшим самое прямое отношение к «Чаре», и он рассказал, что в 1991 году многие отставные номенклатурные деятели несли в банк деньги мешками – для перевода за рубеж. Денег было столько, что на них покупали целые острова. По одной из версий, человек-легенда криминального мира мог стать за границей «крышей» для тех, кто переводил туда деньги. И именно большие деньги, за которые кое-кто борется в России, вновь привели Япончика в тюрьму. Эту версию разделяет и адвокат Иванькова Юрий Ракитин.

Впрочем, это версии. «Реальность лишь то, что срок давности по инкриминируемому Япончику деянию истек более двух лет назад, – говорит Юрий Ракитин. – И на этом основании уголовное дело должно быть прекращено на стадии расследования. Однако органы предварительного расследования нарушают закон, ошибочно полагая, что вопрос о применении или неприменении срока давности должен решать суд. По закону срок давности не применяется к преступлениям, за которые грозит пожизненное заключение или смертная казнь. Действие смертной казни сейчас приостановлено Конституционным судом. Пожизненного заключения в старом УК не было. Значит, наш случай не подпадает под это исключение. Кроме того, срок давности принципиально влияет и на сроки следствия, которое необоснованно продлено до 18 ноября. Это незаконно. И Генеральная прокуратура сейчас, видимо, не знает, как выйти из этого положения, не запятнав мундира, – продолжает адвокат. – Мой подзащитный с прекращением уголовного дела по формальным основаниям не согласен – он отрицает свою вину, считая, что это не реабилитирующие обстоятельства. Согласиться он может лишь с одним условием – изменением меры пресечения, так как в тюрьме он уже насиделся.

В этом деле действительно много странного. Почему в поле зрения следствия Иваньков возник лишь в 2000 году, когда умер Вячеслав Слива, считавшийся зачинщиком драки? Я не верю в случайные совпадения. Если Япончикособо опасный рецидивист, то его отпечатки должны быть в милицейской картотеке и их сразу же можно было идентифицировать. Их же обнаружили именно тогда, когда возобновили дело. Назначается дактилоскопическая экспертиза бутылки и фужера, найденных не на месте происшествия. И отпечатки тут же появились. Это явное нарушение закона.

Удивляюсь, – продолжает Ракитин, – почему Генеральная прокуратура считает, что мой подзащитный скрывался от следствия. Как он мог скрываться, сидя в тюрьме другого государства и об этом знали все?»

Никто из действующих сотрудников МВД РФ не решается прогнозировать дальнейшее развитие событий. Некоторые считают, что никакой силы у Иванькова сейчас нет, а значит, он опасности не представляет. Бывший начальник отдела ГУБОП МВД РФ полковник милиции Анатолий Жогло с этим мнением не согласен. «Даже если Иваньков отойдет от дел, – рассуждает он, – я слышал, что его адвокат говорит, мол, Кириллыч мечтает только о тихой рыбалке, – к нему все равно как к «авторитету» будут приходить на третейский суд, как к Савоське (старый вор в законе, умерший прошлым летом, стал прототипом карманника Кирпича в культовом фильме «Место встречи изменить нельзя». – Л.К.)».

«С «ворами» нельзя работать – их надо сажать, – жегловской точки зрения придерживается бывший начальник МУРа Юрий Федосеев. – Попытки завербовать законников у нас были, но это не мы их, а они нас использовали, сдавая информацию на конкурентов. Оперативник, имеющий такого «агента влияния», сам легко подпадает под его влияние. Возможно, что Япончик отойдет от дел и будет почивать на лаврах, принимая участие в «разборках» как третейский судья. Возможно, он даже будет принят и обласкан нашим бомондом, как это произошло с Тохтахуновым (Тайванчик)».

В 2002 году Генпрокуратура и Минюст начали переговоры с США о выдаче арестованного в Россию. 13 июля 2004 года после выхода из американской тюрьмы Япончик был передан российским властям. 14 июля он был доставлен в Москву и помещен в СИЗО «Матросская Тишина». 15 июля прокуратура Москвы предъявила ему обвинение по статье «убийство двух и более лиц». 19 апреля 2005 года дело было передано в Мосгорсуд, передает канал «Вести».

20 июля 2005 года вынес Мосгорсуд оправдательный приговор по делу Иванькова на основе вердикта коллегии присяжных. Ни один свидетель обвинения не смог с уверенностью опознать в Иванькове человека, расстрелявшего турок в московском кафе 13 лет назад. Присяжные признали его невиновным в убийстве. После оглашения вердикта Япончик был выпущен из–под стражи в зале суда.

Как бы там ни было, суета вокруг Япончика уже при жизни для многих сделала его легендой криминального мира.

В ночь с 13 сентября 2009 годана 14 сентября 2009 года Япончик пережил клиническую смерть

Иваньков умер от перитонита 9 октября 2009 года в частной клинике при Онкологическом центре на Каширском шоссе г. Москвы. Врачи вычищали брюшную полость, но спасти его не смогли — он так и не смог оправиться от ранений, полученных в результате покушения

В связи с проведением судебно-медицинских экспертиз похороны Вячеслава Иванькова перенесены с 11 октября на 13 октября 2009 года. Утром 13 октября в Храме Воскресения Словущего на Ваганьковском кладбище, где состоялось погребение, началась церемония прощания с усопшим.
Сотрудники Инженерно-саперного отдела ГУВД по Москве обыскали всю территорию кладбища на предмет обнаружения взрывчатых веществ.

Смерть Япончика вызвала большой резонанс: возле храма находилась большая толпа людей, а также журналисты крупных СМИ, фотокорреспонденты и телегруппы. По желанию родственников, работа СМИ на похоронах была ограничена, сотрудники ЧОП препятствовали работе прессы, тем не менее агентство «РИА Новости выпустило на свои ленты фотографии траурной процессии. К самой церкви были прислонены многочисленные венки, на которых написано «От братвы из Кирова», «От братвы из Ярославля», и «Любимому другу» и другие
Распорядителем погребения выступил вор в законе Аслан Усоян по кличке Дед Хасан

На церемонии погребения присутствовало около 500 человек

Вот какие венки были ..«Дорогому брату – от дедушки Хасана»
«От азербайджанской братвы»
«От братвы Дагестана»
«Извини, что не уберегли – Осман и братья»
«От достойных людей г. Москва»
«От дальневосточников»
«От братвы. Йошкар-Ола»
«От Саши Ташкенского»
«От Кахо и братьев»
«От близких людей г. Москва»
«От всего достойного люда Медведковского централа»
«От казахской братвы»
«От русского шансона»
«Дорогому другу,от Лео»
«От братвы из Курска»
«От братвы из Ярославля»
много всяких от сына и родных…и еще много всяких …